В 1915 году Генри Форд зафрахтовал корабль Oscar II с благой целью — отправиться в Европу, чтобы попытаться уговорить конфликтующие стороны прекратить Первую мировую войну.
Миссия потерпела оглушительное фиаско, а тогдашние СМИ подняли Форда на смех. По стечению обстоятельств рядом оказался доброхот — его личный секретарь Эрнест Либольд, убежденный и фанатичный юдофоб. Он легко убедил босса, что за всей этой кампанией в газетах, да и за самой войной стоят не кто иные, как «международные еврейские финансисты».
Таким образом, по одной из версий, Либольд фактически стал главной направляющей силой, главным архитектором и организатором всей последующей антисемитской линии Форда.
Впрочем, напомним, что промышленнику в то время было уже 52 года; ряд историков считает, что его антисемитские убеждения проистекали из детства и юности. Будущий магнат вырос на ферме в Мичигане и, что называется, с молоком матери впитал идеологические предрассудки провинциальной протестантской Америки. Форд учился по школьным хрестоматиям Макгаффи, где насаждались стереотипы о скупых городских торговцах, и постепенно проникался популистской идеологией, привечавшей тяжелый физический труд и осуждавшей мир капитала.
Взращенная с ранних лет ненависть к финансово-биржевой системе, вкупе с гуманитарной необразованностью и невежеством, с неприятием городской культуры и патологической неспособностью признавать собственные ошибки, привела к тому, что любые социально-экономические проблемы, провалы и извивы эпохи Форд неизменно объяснял сговором «международных еврейских банкиров».
Недаром перед тем, как в 1915 году «Корабль мира» готовился к отплытию, Форд заявил: «Я знаю, кто устроил войну — немецко-еврейские банкиры. У меня есть доказательства. Факты... Международные еврейские банкиры организуют войны, чтобы зарабатывать на них деньги».
«Я поведу тебя в музей», — сказала мне сестра…
The Times of Israel рассказывает о необычном событии, которое еще недавно трудно было себе представить: в Fair Lane — историческом поместье Генри Форда и его жены Клары в Дирборне — тепло встретили еврейских педагогов, историков и музейных работников. Они прибыли сюда по приглашению дирекции в преддверии нового открытия музея после 17 лет реставрации, которое запланировано на июнь 2027 года. В обновленном музее, как сообщили гостям, посетителям будут честно и откровенно рассказывать в том числе и об антисемитизме Форда.
Вот как описывает эту встречу журналист, побывавший в поместье: «Бюст Генри Форда сурово наблюдал за тем, как сотни еврейских специалистов заполняли его бильярдную. Собравшиеся гости-евреи любовались видом на реку Руж из окон Форда и прогуливались по его безупречно ухоженному саду. В цокольном этаже они изучали макет навахского ковра с особым узором — символом, напоминавшим нацистскую свастику».
Читайте также: Свастика — как древний символ удачи стал символом нацизма
«Мы приветствуем готовность Fair Lane открыто говорить об антисемитизме Генри Форда, — заявила Кэтрин Кэнгани, исполнительный директор Еврейского исторического общества Мичигана. — Эта страница истории действительно существовала, она принесла вред, и ее последствия до сих пор требуют нашего осмысления. Всем нам это пойдет только на пользу».
В самом деле, как это уживается в одном человеке? Гениальный инженер, промышленник, магнат в жизни оказался обыкновенным юдофобом, годами публиковавшим ядовитые теории заговора в своей газете The Dearborn Independent. Гитлер открыто восхищался им, а нацистская Германия наградила его орденом.
Издание ссылается на сотрудников музея Форда Остина Эйми и Ханну Маккриди. По их словам, обсуждение антисемитизма должно стать ключевой частью обновленной концепции Fair Lane, наряду с другими, довольно неприглядными сторонами личности и деятельности Форда — к примеру, его жестким и порой жестоким подавлением профсоюзного движения.
«Наша миссия — осветить жизнь и наследие Генри и Клары Форд», — подчеркивает Эйми, главный специалист музея по историческим источникам. Часть этого наследия, по его мнению, заключается в понимании того, что «он, увы, был невежественным человеком, впитавшим огромное количество ложной информации, которую сам же и искал».
Ханна Маккриди, директор по интерпретации и образовательным программам, добавляет: «Наша цель — показать более полную картину и дать людям инструмент для объективного взгляда на историю».
Говорить или замалчивать?
Надо сказать, что подобная трансформация весьма примечательна для района Детройта, где имя Форда до сих пор имеет огромный вес спустя почти 80 лет после его смерти. В 2023 году бывший президент Фонда Форда — благотворительной организации семьи магната — признал и осудил антисемитские взгляды основателя. Еще несколько местных институций, связанных с историческими фигурами, которые проповедовали антисемитизм, в последние годы также переосмыслили свое наследие — в том числе церковь демагога и «радиопроповедника», отца Чарльза Кофлина.
Однако, пока сам Форд продолжает мифологизироваться новыми поколениями радикалов, многие другие музеи и образовательные учреждения региона, которые носят его имя и связаны с его семьей, зачастую продолжают обходить эту тему стороной.
Среди таких «молчащих» — Музей Генри Форда (The Henry Ford), созданный на основе его личных коллекций; историческая деревня «Гринфилд-Виллидж» (Greenfield Village), где воссоздан дом детствa магната; а также завод Ford Piquette Avenue в Детройте, где когда-то выпускалась модель Model T.
Долгое время в Fair Lane также не касались этой темы. После смерти вдовы Форда Клары в 1950 году поместье передали компании Ford Motor Company, которая договорилась с Мичиганским университетом о создании на этой территории филиала в Дирборне.
На протяжении десятилетий университет проводил экскурсии по территории силами добровольцев, а также использовал усадьбу как площадку для мероприятий. В 2010-м дом закрыли на реставрацию.
Как отмечает Эйми, с самого начала реставрации планировалось перестать замалчивать фордовский антисемитизм. Сотрудники дома-музея встречались с представителями Центра Холокоста им. Зекельмана (главного музея Холокоста в штате), чтобы обсудить, какой формат этой работы наиболее предпочтителен.
«Они прямо высказывались об антисемитизме Генри Форда и выразили надежду, что это будет должным образом отражено в экспозиции. При этом они отдавали должное его сильным сторонам и выразили глубокое уважение к истории, архитектуре музея и текущей реставрации», — говорится в резюме рабочей группы.
Через тернии к правде
«Мы раньше практически не говорили о личной жизни Форда и семейных связях», — подчеркивает Эйми. Возглавляемая им команда сформулировала ключевые тезисы об антисемитизме Форда и включила их в «обязательные элементы» (термин из музейной практики, обозначающий исторические аспекты, с которыми неизбежно сталкивается каждый посетитель).
Конкретные предложения по теме подготовила музейный консультант Донна Брэйден. «Объяснение истинной истории антисемитизма Генри Форда нееврейской аудитории поможет людям понять, почему этот вопрос так важен для еврейского сообщества», — поясняет она. Брэйден также посоветовала команде учитывать, что «многие посетители ничего не знают об антисемитизме Форда, и для них это может стать полной неожиданностью».
При подготовке материалов и рекомендаций она опиралась на высоко оцененную критиками биографию Стивена Уоттса «Народный магнат: Генри Форд и американский век» (2006). В отличие от ряда своих предшественников, Уоттс подробно разобрал антисемитские взгляды своего героя. Позже, что любопытно, его подход получил поддержку и от представителей самой династии Фордов. В 2018 году он даже выступил со своими соображениями перед сотрудниками музея и членами семьи магната: «Это был особый опыт, потому что я говорил об этом предельно откровенно. Большинство сотрудников потом признались мне, что почувствовали облегчение от того, что тема наконец была поднята честно и прямо».
В ходе реставрации облик дома Форда будет восстановлен по состоянию на 1919 год — в том числе потому, что именно в то время усадьба была подробным образом сфотографирована для архитектурного журнала.
Однако эта дата символична и еще по одной причине: в 1919-м Форд приобрел газету Dearborn Independent, на чьих страницах вскоре приступил к публикациям антисемитских статьей под общим заголовком «Международное еврейство», а также фальшивых «Протоколов сионских мудрецов»
Форд обязывал дилеров прилагать очередной номер газеты к каждому проданному автомобилю, сделав ее на каком-то этапе одним из самых тиражируемых изданий в стране. После закрытия Dearborn Independent в 1927 году из-за иска о клевете, который подал еврейский адвокат Аарон Шапиро, Форд принес публичные извинения. Примерно в это же время знаменитый еврейский архитектор Альберт Кан помогал ему и его семье в реконструкции усадьбы.
Разработанный 90-минутный тур по усадьбе затронет историю «Корабля мира» и газеты Dearborn Independent. Однако организаторы не планируют акцентировать внимание на судебном процессе Шапиро или медали от нацистской Германии, полученной Фордом в конце 1930-х годов, поскольку эти события, по их словам, выходят за рамки обсуждаемой эпохи.
Как отметил Уоттс, к моменту получения медали от нацистов Форд перенес два инсульта и находился в тяжелом состоянии.
«Я думаю, Форду есть за что отвечать, но, если честно, он не был нацистом. Просто в какой-то момент всё вышло из-под контроля», — считает историк. К 1942 году Форд публично осудил антисемитизм.
Вопрос в другом: перестал ли он быть антисемитом к концу жизни?