Мы привыкли считать, что раньше школьники были гораздо дисциплинированнее, уважали учителей и относились к учебе серьезнее. А современные дети, мол, только и делают, что шумят, нарушают правила и не хотят слушаться взрослых. Но одна старая школьная тетрадь из архива Национальной библиотеки Израиля доказывает: у каждой эпохи свои ученики, а школьные проделки практически не меняются.
В конце 1930-х годов в престижной тель-авивской гимназии «Герцлия» развернулась настоящая «война мелом». Школьники бросались кусочками мела, рисовали на мебели, прятали ключи и отказывались покидать класс после уроков. За происходящим внимательно наблюдали специальные дежурные, которым приходилось ежедневно фиксировать нарушения в особой тетради.
Гимназия с большими амбициями и маленькими хулиганами
Гимназия «Герцлия», располагавшаяся на улице Эхад-ха-Ам в Тель-Авиве, была одним из самых престижных учебных заведений Подмандатной Палестины. Здесь давали серьезное образование, воспитывали будущую интеллектуальную и общественную элиту, а среди преподавателей и руководителей были известные педагоги и ученые: доктор Барух Бен-Иегуда, доктор Моше Мозенсон, доктор Хаим Богер и доктор Двора Аялон-Серени.
Воспитание дисциплины считалось важной частью образовательной системы. Поэтому в начале недели в каждом классе назначали двух учеников, которые становились своего рода ответственными за порядок. Они должны были открывать и закрывать класс, следить за чистотой, сохранностью мебели и соблюдением правил. В конце каждого учебного дня дежурные составляли письменный отчет о том, что происходило в классе.
До наших дней дошла тетрадь дежурных девятого класса. Именно она позволяет заглянуть в повседневную жизнь подростков, которые учились в гимназии в 1939–1940 годах.
Судя по записям, работа дежурных была далеко не самой приятной школьной обязанностью.
Скамейки летали, ключи исчезали, а мел становился оружием
В одном из отчетов дежурные Рут Исаксон и Арье Баш описали события обычного учебного дня. Уже в половине восьмого утра они обнаружили, что класс открыт, а находившиеся внутри ученики начали бросать скамейки. На мебели также обнаружились новые царапины.
Но на этом неприятности не закончились. После четвертого урока пропал ключ, который лежал на скамейке Рут. Позже она нашла его под учительской кафедрой. Дежурные предположили, что кто-то из одноклассников специально его спрятал.
После пятого урока ученица по имени Кармела взяла мел и начала рисовать. Когда дежурный попросил вернуть его на место, девочка отказалась.
В другой записи говорится, что один из учеников забрался на шкаф с музыкальными инструментами. Кто-то громко кричал и пел, другие оставляли после себя бумажки и грязь. После урока французского пол оказался настолько замусорен, что дежурным пришлось отдельно отметить это в отчете.
Однажды Кармела рассыпала по полу овощную зелень и отказалась ее убирать. В другой день ученики умудрились уронить и сломать вешалку. А однажды штукатурка осыпалась со стены и испачкала класс — правда, это уже было не столько нарушением дисциплины, сколько проблемой состояния самого здания.
Особенно забавно, что дежурные регулярно жаловались на трудности с окончанием учебного дня. Ученики не хотели выходить из класса и буквально затягивали этот процесс: каждый ждал, пока выйдет его товарищ. В одном из отчетов говорится, что на то, чтобы все наконец покинули помещение, ушло около пяти минут. Сегодня это, пожалуй, знакомая ситуация для любого школьного учителя.
Война мелом: главный конфликт учебного года
Но если судить по тетради, самым ценным ресурсом в классе был вовсе не учебник и даже не свободное место за партой. Настоящим предметом постоянных конфликтов оказался обычный школьный мел.
Записи дежурных напоминают хронику маленьких диверсий:
«Брухин пишет мелом на доске на всех переменах».
«Седовский взял мелки и бросал их».
«После пятого урока в классе бросались мелом».
«Во время одного из уроков у Баша оказался мел, и он раскрошил его на мелкие кусочки».
«Кармела и сегодня взяла мел и рисовала на скамейке по географии».
Похоже, мел был одновременно средством развлечения, инструментом самовыражения и оружием в школьных разборках. Дежурные пытались навести порядок, но их одноклассники явно не собирались облегчать им задачу.
Некоторые имена появляются в тетради снова и снова. Причем любопытно, что ученики, которые в одну неделю жаловались на поведение одноклассников, в другую сами становились объектами аналогичных жалоб.
Особенно выделяется Кармела. Ее имя регулярно встречается в отчетах, причем далеко не всегда в положительном контексте. Но когда очередь дежурить дошла до нее самой, произошло нечто неожиданное: подробные ежедневные записи практически исчезли. Всю неделю вместо обстоятельных отчетов в тетради появлялось всего по одному предложению в день.
Возможно, Кармела просто решила, что школьная жизнь не нуждается в столь пристальном документировании. А может, на собственном опыте поняла, насколько утомительно следить за одноклассниками.
Когда школьные будни прерывались историей
Тетрадь интересна не только описанием подростковых проделок. Она позволяет увидеть, как большая история вмешивалась в самую обычную школьную жизнь.
В 1940 году страна находилась под британским мандатом. Политическая обстановка была напряженной, а решения британской администрации вызывали протесты еврейского ишува.
В одном из отчетов за четверг, 28 февраля 1940 года, дежурные лаконично записали: «Не учились, потому что была забастовка протеста против земельной конституции».
Речь шла о протестах против британских ограничений на передачу и приобретение земель, закрепленных в опубликованных администрацией правилах. Эти меры вызвали серьезное недовольство еврейского населения Палестины.
Через неделю в тетради появилась еще одна короткая запись: «Не учились из-за комендантского часа».
Так рядом с сообщениями о брошенном меле, грязном полу и сломанных скамейках оказались свидетельства политической жизни страны. Для учеников все это было частью одной реальности: сегодня не состоялся урок из-за беспорядка в классе, завтра — из-за забастовки или введенного властями ограничения.
Мальчик, который гонялся между партами, погиб в битве за Кастель
Но у этой школьной истории есть и неожиданно печальное продолжение. В одном из отчетов дежурные описали, как во время четвертого урока ученик по имени Амитай гонялся за Кацем между скамейками. В результате оба мальчика сдвинули с места немало мебели.
Обычная школьная шалость, которая вряд ли заслуживала бы особого внимания, если бы не дальнейшая судьба ее участника.
Исследователи Национальной библиотеки проверили список выпускников этого класса и выяснили, что речь идет об Амитае Орланском. Впоследствии он вступил в ПАЛМАХ и будучи в 11 классе, участвовал в боях Войны за независимость Израиля и погиб в сражении за Кастель.
После его гибели отец основал в память о сыне издательство «Амитай», которое выпускало книги для детей и подростков. Многие из этих произведений впоследствии стали классикой израильской детской литературы. Отец выбирал книги, которые, как ему казалось, понравились бы его сыну.
Так несколько строк в школьной тетради, посвященных беготне между партами, неожиданно превратились в свидетельство о человеке, чья жизнь оказалась связана с важнейшими событиями в истории Израиля.