Центральная избирательная комиссия объявила об окончании подсчета голосов, отданных избирателями на выборах в Кнессет 26-го созыва. Общая картина, сложившаяся ближе к концу подсчета, не изменилась и по его итогам:
- 53 мандата получает «блок Нетаниягу» — партии, входившие в правящую коалицию на протяжении последних четырех лет;
- 48 мандатов — у политических противников премьер-министра: сионистских партий оппозиции;
- 19 мандатов — у арабских партий (из них 8 — у РААМ, а 11 — у Объединенного арабского списка).
ШАБАК продолжает расследование возможного иностранного вмешательства в ход выборов, которое, предположительно, выразилось в подкупе избирателей в арабском секторе. Однако после сенсационных заявлений, которые попали в прессу утром в четверг, уже во второй половине дня все источники, близкие к расследованию, заметно понизили градус высказываний. В ЦИК заявили, что проблема носит локальный характер и не ставит под сомнение результаты волеизъявления граждан. В самой Общей службе безопасности также подчеркнули, что речь об «адресном» расследовании, которое никоим образом «не бросает тень и не возлагает вину на целый сектор общества, реализовавший свое законное демократическое право голоса».
Итоги выборов: кто победил, а кто проиграл?
Если результаты выборов останутся неизменными — к чему все идет, — кажется очевидным одно: политическая ситуация в Израиле запуталась еще больше. Биньямин Нетаниягу определенно может записать себе в актив то, что «Ликуд» остался самой популярной партией в Израиле — причем с большим отрывом. Правда, как отмечают политологи, результат «Ликуда» во многом объясняется ростом голосов избирателей, ранее поддерживавших другие коалиционные партии: от «Оцмы Иегудит» Итамара Бен-Гвира до ШАС Арье Дери. Последняя на данный момент выглядит главным неудачником прошедшего голосования: как отмечает The Jerusalem Post, ШАС потеряла 30% электората — вместо 11 голосов в новом составе Кнессета у нее будет всего 6.
В свою очередь, так называемый блок перемен, с одной стороны, выступил на выборах достойно — ни одна из четырех входивших в него партий не испытала проблем с прохождением электорального барьера. Однако общий результат — 48 мандатов — не только не дает «Яшар», «Беяхад», НДИ и «Демократам» собрать коалицию собственными силами, но и лишает их возможности сделать это даже в сотрудничестве с арабской партией РААМ (на что и без того были готовы далеко не все представители оппозиции — по крайней мере, если верить их предвыборным высказываниям). Чтобы сформировать коалицию, оппозиционерам необходимо искать партнеров не только в РААМ, но и среди ультраортодоксов или в Объединенном арабском списке. И то, и другое сопряжено с множеством политических проблем: сотрудничество с харедим выбивает из-под ног оппозиции один из их основных козырей — проект закона о призыве ультраортодоксов в ЦАХАЛ, — а контакты с Объединенным списком считаются токсичными из-за того, что в его составе немало депутатов, бравирующих своей палестинской идентичностью и считающих Израиль оккупационной силой.
Яир Лапид, как отмечает The Times of Israel, призвал избирателей набраться терпения — «качества, которое израильтянам обычно проявлять непросто». По его словам, оппозиция победила не нокаутом, а по очкам — но это все равно победа. Теперь все самое важное будет происходить за закрытыми дверями.
Так ждет ли нас вообще новая коалиция?
12 канал обрисовывает три потенциальных сценария для новой коалиции:
- Биньямин Нетаниягу успешно «отщипывает» 8 мандатов у «блока перемен», найдя в нем слабое звено. Им мог бы стать, например, Нафтали Беннет, позиционирующий себя как политика правых убеждений. В свое время блок премьер-министра по похожей схеме добился распада правительства Беннета-Лапида, соблазнив выйти из коалиции Идит Сильман. Впрочем, в новый Кнессет Сильман не прошла — и тот же Беннет (не говоря уж об Авигдоре Либермане) знает, что часто ожидает политиков из оппозиционного лагеря, переметнувшихся на сторону действующего премьер-министра.
- Гади Айзенкот формирует коалицию с ультраортодоксальными и арабскими партиями или же соглашается на «правительство меньшинства» — в этой ситуации каждое потенциально судьбоносное решение (военные операции в Газе или Иудее и Самарии, закон о призыве, закон о формировании государственной комиссии по расследованию провала 7 октября) будет требовать поддержки со стороны. Минусы здесь очевидны — это крайне неустойчивая конструкция, которая практически не имеет шансов продержаться сколько-нибудь долго.
- «Ликуд» и партии сионистской оппозиции создают «правительство национального единства», вероятно — с переходящей должностью премьер-министра. Именно к этому, возможно, будет призывать президент Ицхак Герцог, которому предстоит назначить ответственного за формирование новых органов власти. Впрочем, пока ни в правом блоке, ни в оппозиции не демонстрируют стремления выбрать такой вариант: Нетаниягу говорил, что правительство вновь должно быть исключительно правым, а Либерман повторил, что не сядет «ни с Биби, ни с Тиби» (арабским политиком из Объединенного списка, лидером партии ТААЛ). Перед глазами лидеров оппозиции — пример Бени Ганца, когда-то согласившегося на этот сценарий и в итоге так и не побывавшего премьером ни дня.
А если коалиции вообще не будет?
Для Нетаниягу это далеко не самый худший вариант — он останется временным премьер-министром, а на следующих выборах, если до этого дойдет, его блок имеет шансы выступить лучше, чем сейчас: явка в арабском секторе может оказаться ниже, мобилизация сторонников — выше, а десятки тысяч израильтян, прилетавших голосовать из-за границы, возможно, не смогут сделать это вновь.
Тем не менее, и у оппозиции есть рычаги, с помощью которых она может добиться по крайней мере тактических успехов. В частности, с помощью простого большинства в Кнессете нового созыва можно сменить спикера — сегодня эту должность занимает Амир Охана из «Ликуда». Кроме того, таким же образом можно поменять председателей важных парламентских комитетов, запустить разработку нового законодательства (в том числе о Государственной комиссии по расследованию трагедии 7 октября) и отменить ряд законов, принятых предыдущим составом Кнессета.
В любом случае, констатирует 12 канал, нас ждет длительный период политической неопределенности. Причем он наступает на фоне серьезных вызовов в сфере безопасности, включая потенциальную новую военную кампанию против Ирана. Ее ход также может оказать влияние на поведение политических игроков в Израиле.