Рубрика «Дайджест»: внимательно читаем израильскую прессу и делимся с читателями «Сегодня» самыми интересными редакционными материалами.
The Times of Israel. Новое исследование израильских ученых проливает свет на эволюцию древних людей
В очередном номере международного научного журнала Quaternary Science Reviews, штаб-квартира которого находится в Амстердаме, опубликован материал о новом исследовании ученых из Тель-Авивского университета, проливающем свет на эволюцию древнего человека.
Как поясняет The Times of Israel, речь идет о том, что примерно 200 000 лет назад доисторические люди перестали использовать крупные и тяжелые каменные орудия, которыми их предки пользовались почти 2 миллиона лет, — такие как ручные рубила, тесла и массивные скребки, — и стали создавать более мелкие и совершенные инструменты.
До недавнего времени ученые считали, что эта эволюция была обусловлена ростом когнитивных способностей древних гоминидов. Но исследование, проведенное израильтянами, предполагает, что ключевым фактором стало, помимо прочего, исчезновение мегафауны — в том числе таких крупных травоядных, как слоны и бегемоты.
«В эпоху нижнего палеолита (примерно от 2 миллионов до 200 000 лет назад) люди регулярно использовали тяжелые орудия — ручные рубила, тесла и массивные скребки, — рассказывает ведущий автор исследования, аспирант Тель-Авивского университета Влад Летов. — Эти инструменты были особенно хороши и надежны для разделки и обработки туш очень крупных животных, которые в тот период служили главным источником пищи для человека».
По словам Летова, «с переходом к среднему палеолиту, около 200 000 лет назад, тяжелые орудия почти полностью исчезли и были заменены более мелкими, легкими и совершенными инструментами. До сих пор этот переход связывали с развитием человеческого мышления. В нашем новом исследовании мы предлагаем иную интерпретацию: главным двигателем технологических изменений выступило резкое сокращение численности мегафауны».
Слоны, которые населяли Ближний Восток до 400 000 лет назад, относились к виду прямобивневых слонов. Самые крупные самцы весили до 13 тонн. Для сравнения ученые приводят следующий пример: средний самец современного африканского саванного слона весит примерно 7 тонн.
Древние люди охотились на слонов редко, но добыча одного животного могла обеспечивать пищей целое сообщество на протяжении нескольких месяцев. К другим крупным травоядным региона относились носороги и бегемоты.
Исследователи проанализировали останки животных и каменные орудия, которые были найдены на десятках археологических стоянок в Леванте. Выяснилось, что около 200 000 лет назад люди уже охотились на более мелких животных — к примеру, на ланей, — используя небольшие орудия: они, по всей видимости, казались им более эффективными для обработки такой добычи.
«Полученные результаты по-новому освещают взаимоотношения древнего человека и окружающей среды, показывая, как глубокие экологические изменения способны формировать человеческую культуру, технологии и образ жизни, — подчеркнул профессор Ран Баркаи, руководивший исследованием. — Мы пришли к выводу, что драматические технологические изменения в доисторическую эпоху были не результатом внезапного скачка когнитивных способностей человека, а прямой реакцией на масштабные изменения окружающей среды. В этом смысле окружающая среда не просто влияла на древних людей, а непосредственно формировала их технологии и, возможно, даже культурное и интеллектуальное развитие».
Опубликованная работа рассматривается как часть крупного исследовательского проекта, которым профессор Баркаи и его группа занимаются уже более десяти лет. Проект посвящен роли крупных травоядных животных и их исчезновения в эволюции человека и его рационе.
Предыдущие исследования также выдвинули версию, что исчезновение крупных животных вынудило людей приспосабливаться к охоте на все более мелкую добычу, а впоследствии — перейти к одомашниванию растений и животных в эпоху сельскохозяйственной революции.
12 канал. Авив Гефен перенес свой рок-бал на день раньше
Известный своим эпатажным поведением певец и композитор Авив Гефен решил перенести свой традиционный рок-бал в парке ха-Яркон на день раньше — концерт состоится 17 июня вместо 18-го.
Как указывает 12 канал, сделано это по той причине, что выступление Гефена совпадало по времени с выступлениями не менее популярных певцов — Ошера Коэна и Эяля Голана.
«Безопасность всех нас превыше всего, — отметил Гефен на своей странице в социальной сети Instagram. — Чувство ответственности и предельная осторожность при организации шоу такого масштаба заставило нас принять решение — не рисковать. После долгих размышлений и из-за совпадения с другими крупными концертами мы поняли, что надо переносить выступление, чтобы избежать давки и перегрузки общественного транспорта, которые и без того характерны для подобных мероприятий».
По словам 12 канала, купившие билеты на 18 июня уже стали получать SMS-уведомления на мобильные телефоны. Имеющиеся билеты остаются действительными и на новую дату. Кроме того, можно самостоятельно отменить заказ на сайте «Купат Тель-Авив».
Как утверждает телеканал, все три концерта должны были пройти в один вечер в радиусе нескольких километров друг от друга: Гефен с традиционным рок-балом — в парке ха-Яркон, недавно женившийся Ошер Коэн — на вновь открытом для концертов стадионе Рамат-Гана, а Голан — на стадионе «Блумфилд» в Яффо.
Согласно оценкам, суммарно все три мероприятия должны были собрать более 100 000 человек. Это привело к тому, что полиция и транспортные службы собирались всерьез ставить вопрос о целесообразности проведения всех концертов в один вечер.
Haaretz. Пьеса о процессе над Эйхманом поднимает вопрос о банальности зла вообще
В Иерусалиме, в зале «Бейт ха-Ам» идет спектакль по пьесе Моти Лернера «Процесс Эйхмана» в постановке известного израильского режиссера Илана Ронена.
Газета Haaretz подробно рассказывает о жизни и судьбе израильского драматурга, автора ряда политических пьес, которые вызвали неоднозначную реакцию в обществе.
В пьесе о нацистском преступнике, которого судили в Израиле, Лернер, по его признанию, попытался проанализировать «банальность зла» — ту самую, о которой в свое время говорила философ Ханна Арендт.
Он вспоминает, что одним из самых сильных и глубоких впечатлений его детства стал суд над Адольфом Эйхманом. Когда процесс начался, ему было всего 12 лет, но потрясение от услышанного и увиденного оказалось настолько глубоким, что осталось в памяти навсегда. Каждый день маленький Моти слушал радиорепортажи, вырезал газетные заметки из той же газеты Haaretz и собирал их в аккуратную стопку, которую затем хранил десятилетиями.
Уже тогда, по его словам, он чувствовал, что сталкивается с чем то огромным и пугающим — с человеческим злом в его чистом виде. Лернер не мог оторваться от процесса, хотя происходящее вызывало страх и внутреннее сопротивление. Позже, когда суд завершился, он долго не мог переварить услышанное и на годы вытеснил эти воспоминания.
По словам Haaretz, лишь спустя 65 лет Лернер вновь вернулся к этой теме. В пьесе он стремится исследовать природу человеческого зла — как нацистского, так и любого другого. Его также интересует, как люди теряют способность отличать добро от зла и как обычные люди становятся исполнителями чудовищных преступлений.
Спектакль построен на реальных материалах: фрагментах судебных заседаний, показаниях Эйхмана, свидетельствах выживших, речах прокурора Гидеона Хаузнера и аргументах адвоката Роберта Сервациуса.
Лернер вплетает в сюжет также и политический контекст тех лет — давление Западной Германии на Израиль, ее участие в финансировании реактора в Димоне. Он словно ставит старые, но до сих пор не утратившие актуальности вопросы: был ли суд справедливым — или просто политическим спектаклем; может ли «исполнение приказов» служить оправданием; где проходит граница личной ответственности.
В спектакле Эйхман, которого играет Игаль Наор, присутствует на сцене постоянно. Он сидит в стеклянной кабине, почти неподвижный, отрешенный, и зритель все время видит, как он реагирует на обвинения и представляемые свидетельства. Эйхман выглядит почти равнодушным к описываемым ужасам и утверждает, что лишь выполнял законы и приказы фюрера. В финальном монологе он называет себя «обычным человеком», а не чудовищем, и намекает, что любой мог бы оказаться на его месте, если бы слепо последовал за своим лидером.
По мнению Haaretz, этот монолог вызывает у зрителей сильные эмоции. Были и те, кто возмущался тем, что Эйхмана показывают не мифическим монстром, а человеком. Но Лернер поясняет: именно такая цель и ставилась. Если считать, что чудовищные преступления совершают только «монстры», человек перестает задавать себе трудные вопросы. Да, по большому счету самые страшные злодеяния совершали обычные люди — с семьями, детьми, со своими привычками. Они не были сверхъестественными чудовищами, но совершали чудовищные поступки. Именно это и становится предметом исследования: как обычный человек становится исполнителем зла.
Лернер признается, что хотел изначально написать пьесу так, чтобы она стала исследованием зла с точки зрения сегодняшнего дня — после того, как и Израиль, и его враги пережили и продолжают переживать проявления жестокости. Он подчеркивает, что не сравнивает разные злодеяния между собой; его интересует путь, по которому общество приходит к злу. Говоря о «нашем зле», он признает, что начал писать пьесу еще до последних лет войны, однако затем переработал ее.
В любой войне, считает он, проявляется зло — и «свое», и чужое. Оно всегда рядом. В подтверждение Лернер приводит недавний случай: видео, на котором религиозный мужчина толкает монахиню на улице и затем возвращается, чтобы пнуть ее. Для Лернера это пример того же механизма: обычный человек совершает жестокий поступок, и именно это должно тревожить.
Так драматург связывает свое детское потрясение, историческую память, современную реальность и театральное искусство в единое исследование человеческой природы. Его главный вывод прост и страшен: зло совершают не мифические монстры, а обычные люди. И именно потому оно столь опасно.
The Jerusalem Post. Black Cube — гении сыска или политические игроки?
Израильское частное разведывательное агентство Black Cube удвоит офисные площади, которые оно арендует в Тель-Авиве. В частности, речь идет об аренде 19 этажа в тель-авивской башне Discount Tower, в дополнение к 26 этажу, где уже располагаются офисы агентства.
Как сообщает The Jerusalem Post, аренда новых площадей обойдется Black Cube в 2 миллиона шекелей в год; договор заключен на срок до пяти лет; помимо этого, у компании также есть офисы в Лондоне и в Мадриде.
Black Cube, где сейчас работает около 200 сотрудников, основана в 2010 году бывшими офицерами израильской разведывательной службы — Ави Януcом и Даном Зореллой — и специализируется на бизнес-разведке по всему миру.
На своем сайте компания представляет себя поставщиком «специализированных разведывательных услуг для судебных процессов, арбитража и громких дел в сфере «беловоротничковой» преступности». Впрочем, в прессе публиковались расследования, связанные с участием Black Cube в различных политических кампаниях, последнюю из которых, как утверждается, провели в Словении.
Премьер-министр Словении во вторник, 19 мая, обвинил «зарубежные службы» во вмешательстве в воскресные выборы после публикации расследования, в котором утверждалось, что представители израильской частной разведывательной компании Black Cube прибыли в страну в декабре и встречались с главным кандидатом от оппозиции.
Группа журналистов и активистов из неправительственного Института утверждает, что представители Black Cube, включая гендиректора Дана Зореллу и советника Гиору Айленда, бывшего главу Совета национальной безопасности Израиля, встречались с консервативным популистом Янезом Яншей 22 декабря в Любляне, основываясь на данных о перелетах и других разведданных.
Служба разведки и безопасности Словении подтвердила прибытие представителей Black Cube в декабре, но не смогла точно сказать, встречались ли они с Яншей — лидером популярной оппозиционной партии SDS.
Еще в 2018 году израильскую компанию обвиняли в попытке повлиять на венгерские выборы через скрытую запись сотрудников НКО в Венгрии и лиц, связанных с венгерско-американским миллиардером Джорджем Соросом.
«Маарив». Израильтяне работают над решением, которое позволит нейтрализовать боевые дроны
Israel Aerospace Industries (IAI) и другие оборонные предприятия Израиля представили Министерству обороны и ЦАХАЛ ряд решений, направленных для борьбы с проблемой дронов со взрывчаткой.
Как утверждает «Маарив», речь идет в первую очередь о дронах «Хизбаллы». Предлагаемые решения включают, помимо прочего, системы перехвата, а также установки, которые работают на различных видах энергии, включая системы на основе электромагнитного воздействия, способные захватывать дрон и лишать его возможности передвижения.
Прототипы каждого из решений в настоящее время проходят проверку в оборонном управлении Минобороны Израиля. Ожидается, что в ближайшее время министерство примет решение, какие из предложенных мер следует считать наиболее эффективными и какие способны использоваться для противодействия существующей угрозе.
Глава «Израильской авиационной промышленности» Боаз Леви заявил в беседе с «Мааривом», что в случае получения «зеленого света» от Министерства обороны можно будет оперативно запустить серийное производство и уже в течение нескольких недель обеспечить первоначальные объемы защитных средств, а в течение нескольких месяцев — и более широкое оснащение.
Как отмечают в оборонной промышленности, инженеры компаний подключились к поиску решений еще до официального обращения со стороны системы безопасности. По словам Леви, это обстоятельство связано с высокой личной вовлеченностью и мотивацией сотрудников, у многих из которых родственники и друзья служат в боевых частях.
В оборонных компаниях также отмечают, что существует несколько технологических направлений для борьбы с угрозой, но их готовности пока различается. Министерство изучает и отбирает варианты, а также рассматривает возможные комбинации различных решений для комплексного ответа на угрозу боевых дронов.
Беспилотники, начиненные взрывчаткой и используемые «Хизбаллой», в последней кампании стали реальной угрозой для жизни солдат ЦАХАЛ. Только на этой неделе произошло несколько тяжелых инцидентов. К примеру, в среду, 20 мая, в результате удара беспилотника были ранены восемь израильских военнослужащих.