С телевизионных экранов к нам в дома регулярно заходил человек с косичкой и густыми, словно насупленными, бровями. Это был Исраэль Аарони, шеф-повар, судья, дегустатор, ресторанный критик, визитными карточками которого всегда оставались обаятельная улыбка и вкрадчивая манера.
Но в последние годы, как отмечает 12 канал, с «маэстро» как будто стало происходить что-то странное. И лишь недавно он решился на откровенное признание — все это время втайне от широкой публики он боролся с раком, пережив два года отчаяния и надежд.
В прошлом году Аарони даже не стал отмечать 75-летие — но теперь собирается это сделать, совершив своего рода камбэк. «Моя задача в этом мире — заставлять людей улыбаться и радовать их. Болезни к этому не относятся, потому я не любил говорить об этом, да и не хотел», — поясняет он.
Как гром среди ясного неба
Все началось за месяц до 7 октября. Во время обычного обследования у Аарони обнаружили рак предстательной железы. «Я чувствовал себя прекрасно и не имел ни малейшего представления, что болен», — вспоминает он. Но хирург отнюдь не разделял его оптимизма, описав обнаруженную опухоль как крупнейшую из тех, что ему вообще доводилось видеть в простате за годы практики. Аарони пришлось пройти через сложнейшую операцию по полному удалению опухоли, а затем — через лучевую терапию и интенсивное гормональное лечение.
По его словам, самым тяжким испытанием оказалось именно гормональное лечение. Для него, человека, всегда отличавшегося неиссякаемой энергией и подвижностью, последствия были ощутимыми: «Это, мягко говоря, не доставляет удовольствия, отнимает силы и очень утомляет». Ранее не признававший дневного сна, Аарони взял за правило ложиться вздремнуть после обеда — и набрал в процессе лечения 13 килограммов.
«Сегодня я совершенно не в той физической форме, в какой был раньше, хотя собираюсь к ней вернуться», — признается он. Несмотря на болезнь, Аарони продолжал сниматься в очередном сезоне «Мастер-Шефа» — почти никто на съемочной площадке не подозревал, что с ним происходит: «Мне кажется, я справился с этим хорошо. По мне ничего не было заметно».
«Нас не нужно жалеть…»
Знаменитая строчка из Семена Гудзенко вполне могла быть лозунгом Аарони, ведь именно так он сообщил семье о страшном диагнозе — спокойно и без жалости к себе. И при этом поставил непременное условие: «У вас есть еще пять минут, чтобы убрать с лиц это выражение. Я больше никогда не хочу его видеть в связи с этой темой, никакой ненужной жалости». Его дети, Ури и Тамара Аарони, поняли и приняли отцовский месседж.
«Он запретил нам впадать в сентиментальность, — рассказывает Ури. — Говорил, что все в порядке и что мы должны продолжать жить». А Тамара добавляет, что именно такой подход, несмотря на всю его жесткость и, возможно, даже жестокость, оказался освобождающим.
Сам Аарони объясняет это так: меньше всего в тот период ему нужны были печальные лица за семейным столом.
И вот, две недели назад, настал переломный момент: гормональное лечение официально завершилось. «Я выздоровел», — утверждает он, хотя понимает, что полное восстановление займет еще какое-то время.
Аарони откровенен: «Гормональная терапия в какой-то степени лишает нас источника молодости. Поток становится слабее, а я хочу вернуть себе этот источник». Тем не менее он уверен, что в течение ближайшего года будет чувствовать себя куда лучше: «Может быть, не на 100%, но и 80% вполне достаточно».
Человек, познакомивший Израиль с азиатской кухней
В свои 75 лет Аарони не только подводит итоги, оглядываясь назад, но и развивает созданное и выпестованное им дело. Этот человек познакомил Израиль с китайской кухней через ресторан «Инь-Ян», а также открыл легендарный ресторан «Золотое яблоко». Сегодня вместе с детьми он управляет сетью мясных магазинов и успешным брендом быстрого питания Aharoni’s Fried Chicken.
Повседневное управление бизнесом уже перешло к Ури и Тамаре. «Теперь бюрократия на нас, а удовольствие — на нем», — улыбается Ури.
Перейдя от высокой кухни, где ужин стоил целое состояние, к фудтракам, разъезжающим по стране, Аарони словно бы замкнул круг. Он вспоминает свое детство в Хайфе, когда семья из шести человек жила в двухкомнатной квартире: «Мы были бедной семьей, но наш субботний стол был роскошным».
Когда бабушка спросила его, сколько стоит ужин в «Золотом яблоке», Аарони соврал и назвал сумму в 50 шекелей вместо примерно 200. Но даже эта цена показалась ей чрезмерной: «Кто этот сумасшедший, который платит 50 шекелей за такой ужин? На 50 шекелей я могу накормить десять человек». И сегодня человек-легенда признает: «Кстати, она была права».
Не только личный успех — но и популяризация профессии
Корни Аарони в Узбекистане, он вырос в религиозно-традиционной семье, его отец восхищался Менахемом Бегином, и многое из усвоенного в детстве, сопровождает его до сих пор, хотя политические взгляды со временем изменились. Сегодня ему ближе такие политики, как Гади Айзенкот и Нафтали Беннет.
Говоря о своем наследии, Аарони не собирается особо скромничать: «Мое самое серьезное достижение, — это то, что я сделал профессию легитимной». Он вспоминает времена, когда работа повара считалась совсем не статусной: «Я стал первым шеф-поваром с узнаваемым лицом, вывел эту профессию на передний план и сделал ее не просто приемлемой, а желанной».
Наряду с профессиональными достижениями, самым неожиданным изменением последних лет он считает появление внуков. Хотя еще до рождения первого внука Аарони предупреждал свою дочку: «Не особо рассчитывай на дедушку. Будете приходить раз в неделю на пятничный ужин и получать конфеты в подарок». Но все оказалось иначе: он стал влюбленным дедушкой, а старший внук превратился в центр его мира.
Внешне Аарони тоже изменился: даже его знаменитые брови и косичка поредели из-за лечения, но он относится к этому спокойно. «Врач сказал, что все отрастет», — говорит он и машет рукой.
В 75 лет, победив рак и воспитав несколько поколений поваров и гурманов, Исраэль Аарони доказывает, что вовсе не собирается сдаваться.