Это жестокое убийство до сих пор будоражит израильское общество. То утро, 4 июня 2026 года, для 35-летней жительницы Ришон-ле-Циона Лии Малки началось совершенно обычно. Симпатичная молодая женщина, обучавшаяся бухгалтерскому делу, она 14 лет проработала в крупной аудиторской фирме «Штейнмец-Аминах».
Невзирая на то, что Лия была дочерью знаменитого израильского ресторатора Яакова Малки, владельца популярного заведения сети Patrick’s в Бат-Яме, жизнь она вела тихую, непубличную, никогда не попадала в колонки светской хроники, да и, собственно, не стремилась к этому.
Как рассказывает 12 канал, буквально за час до случившегося Лия отвезла двухлетнюю дочь Хейли в детский сад, поцеловала ее на прощание, а затем направилась по делам, сев за руль принадлежавшего ее брату автомобиля.
На шоссе Аялон, недалеко от развязки Холон машина ожидаемо угодила в плотную утреннюю пробку. И в этот самый момент раздался оглушительный взрыв: как выяснилось позже, сработало самодельное взрывное устройство, установленное под днищем автомобиля. По словам очевидцев, в считанные секунды машина превратилась в пылающий факел, не оставив Лие даже малейшего шанса выжить.
Следствие заходит в тупик
Полиция приступила к расследованию произошедшего. Почерк преступления, —взрывчатка под капотом на центральной магистрали, — на первый взгляд, скорее напоминал разборки мафиозных кланов, нежели семейную драму.
Однако следователи центрального округа (ЯМАР Мерказ), работавшие над делом, не упускали из виду и личную жизнь убитой: два года брака с 37-летним Хеном Коэном, а потом — 4 месяца мучительного, затяжного, скандального развода. Учли они и тот факт, что процесс сопровождался ожесточенными финансовыми спорами, а главное, борьбой за опеку над их дочкой — малышкой Хейли.
После известия о гибели Лии в полицейском участке появился ее экс-супруг, и его тут же задержали, подозревая в заказе и организации убийства.
Однако на протяжении многочасовых допросов Хен продолжал решительно отрицать свою вину. В результате примерно через месяц после преступления расследование зашло в тупик. Криминалисты так и не нашли прямых улик, которые связали бы бывшего супруга с убийством его жены.
В итоге следствие вынуждено было снять с него обвинение в убийстве. Подозреваемого перевели под домашний арест, оставив, по сути, лишь три пункта обвинения — в угрозах и неподобающем поведении.
Внезапно всплывшие улики
Казалось, что дело об убийстве Лии Малки окончательно заглохло, но неожиданно 11 ноября в нем начался следующий этап. Дело в том, что в репортаже журналистки 12 канала Ли Наим были преданы гласности фрагменты ранее неизвестной и по каким-то причинам не попавшей в руки следователям переписки между супругами.
Как выяснилось, буквально за два месяца до трагедии, в разгар очередного финансового конфликта, Хен напрямую стал угрожать Лии, что вовлечет в их семейные дела людей из ОПГ. Напомним, именно в стиле криминальных группировок было осуществлено убийство на шоссе Аялон.
«Ты должна решить — либо полиция, либо уголовники», — писал Коэн жене. Тон его сообщений становился все более зловещим; возникало такое ощущение, что он уже готов переступить любую красную черту: «До сегодняшнего дня я сидел тихо. Отныне я играю грязно — как и ты».
А в другом послании он добавил, жестко и недвусмысленно: «Ты забыла, что между нами есть ребенок. С воскресенья никакого уважения — буду действовать только твоими методами».
Согласно данным журналистов, эти критически важные сообщения до сих пор не были присовокуплены к материалам уголовного дела.
Моя полиция… кого бережет?
Родные и близкие молодой женщины убеждены: система была осведомлена о смертельной опасности, но продолжала бездействовать.
По словам отца погибшей, Яакова Малки, за два месяца до взрыва они вместе с дочерью четырежды приходили в полицию, подавая в участке заявления об угрозах и предоставляя скриншоты.
По мнению 12 канала, следует признать, что семья Малки подверглась психологическому террору колоссальных масштабов. Целый шквал сообщений был направлен отцу девушки: менее чем за три часа Хен послал Яакову Малке 95 смс-сообщений с угрозами, в одном из которых говорилось: «Я готов отсидеть 200 лет, но отомщу тем, кто причинил нам вред». Матери он посоветовал «спать с открытыми глазами», а самой Лии отправил голосовое сообщение, в котором пригрозил, что их двухлетняя дочь умрет, если та немедленно не вернет ему удостоверение личности.
Близкие свидетельствуют, что угрозы носили прямой, осмысленный характер: «Он открыто грозился расправиться со всей семьей моей тети, с самой Лией и даже со своей двухлетней дочерью», — говорит двоюродный брат погибшей Томас Нисани.
Драма в зале суда
Безнаказанность и затянувшееся следствие довели семью Малки до пределов отчаяния.
Осенью 2026 года в ходе судебных заседаний в Ришон-ле-Ционе и Петах-Тикве, когда решались вопросы об опеке над осиротевшей Хейли (девочку передали под опеку родных Лии, в частности ее старшей сестры Даниэль), неоднократно вспыхивали ожесточенные стычки и споры, доходящие чуть ли не до драки.
Близкие и друзья погибшей шли к зданию суда с плакатами «Справедливость для Лии. Твоя улыбка навсегда останется в наших сердцах» и кричали в лицо Коэну: «Убийца, ты ответишь за это!».
В ответ на обвинения родственников в зале суда бывший муж цинично бросил им в лицо: «Это вы ее убили».
Адвокаты подозреваемого Амир Кимхи и Раис Абу Саиф отказались комментировать по просьбе 12 канала новые данные, включая и опубликованные фрагменты переписки. «Судебное разбирательство в отношении нашего подзащитного идет своим чередом, и всем нам следует оставить этот процесс залам суда, а не выносить его в прессу», — заявили они.
Тем временем расследование самого взрыва на шоссе Аялон формально продолжается, но главный вопрос — кто именно заложил бомбу под машину Лии Малки, кто убил эту молодую женщину? — по-прежнему остается без ответа.