В израильском общественном телерадиовещании КАН разгорелся конфликт вокруг известной журналистки Аялы Хасон. Она заявила, что руководство новостной службы потребовало от нее зачитать в эфире заранее подготовленный текст, который, по ее мнению, искажает смысл ее высказываний и выставляет ее в невыгодном свете. После отказа выполнить это требование журналистке сообщили, что она не сможет вести свою программу.
Поводом для конфликта стали высказывания Хасон о бедуинских женщинах на юге Израиля, прозвучавшие 1 ноября в интервью региональной радиостанции «Галей Исраэль». В среду, 4 ноября, журналистка опубликовала подробное объяснение произошедшего, заявив, что в этот вечер не появится в эфире.
Что сказала Хасон о бедуинских женщинах
Во время радиоинтервью, обсуждая политический блок перемен и его либеральную повестку, Хасон заговорила о положении женщин в бедуинском обществе Негева. Она описала распространенные, по ее словам, случаи многоженства и домашнего насилия, используя формулировки, которые вызвали резкую реакцию.
В частности, журналистка заявила, что некоторые бедуинские женщины живут в семьях, где у мужа несколько жен, и подвергаются насилию. Она иронично говорила о том, что женщины становятся «пожилыми» уже в 25–26 лет, после чего муж приводит в дом следующую жену.
Хасон также утверждала, что после запрета многоженства в Израиле мужчины разводятся с женами, однако женщины продолжают получать пособия Института национального страхования на детей. Кроме того, она заявила, что такие женщины часто имеют палестинское происхождение и связаны с Хурой, Хевроном и сектором Газа. В числе прочего прозвучало упоминание сестры Исмаила Хании.
Высказывания прозвучали в контексте политической критики блока перемен и его возможного сотрудничества с арабскими партиями. Хасон задалась вопросом, можно ли считать такой политический курс либеральным, если он предполагает взаимодействие с представителями исламистского движения.
Первое объяснение и извинения
После волны критики журналистка опубликовала разъяснение. Она подчеркнула, что не намеревалась оскорбить женщин бедуинского общества, и попросила прощения у тех, кого могли задеть ее слова.
«Я хочу пояснить, что у меня не было никакого намерения причинить боль какой-либо женщине. У тех, кого задели мои слова, я прошу прощения от всего сердца», — написала Хасон.
По ее словам, речь шла о болезненном социальном явлении, которое она описала неудачно. В своем последующем заявлении от 4 ноября журналистка также указала, что ее слова опирались на академические исследования и публикации в СМИ.
Однако конфликт не ограничился вопросом об извинениях. По информации израильских СМИ, руководство новостной службы потребовало от Хасон не только прокомментировать высказывания о бедуинских женщинах, но и уточнить прозвучавшие в ее программе утверждения о нарушениях на избирательных участках в арабском секторе. В частности, речь шла о впечатлении, которое могло сложиться у зрителей после сюжета о выборах: будто нарушения происходили на всех участках в арабских населенных пунктах. Руководство КАН сочло такую формулировку необоснованной и неточной.
Решение комиссии по этике
2 ноября внутренняя комиссия по этике телерадиовещательной корпорации под председательством доктора Ури Паза рассмотрела высказывания журналистки. По итогам обсуждения комиссия приняла опубликованные Хасон извинения.
Сама корпорация также принесла извинения женщинам бедуинского общества Израиля, подчеркнув, что осуждает любые высказывания, способные задеть ту или иную группу израильского общества. В заявлении КАН отмечалось, что бедуинские женщины являются неотъемлемой частью израильского общества, демократии и избирательной системы.
Отдельно корпорация пояснила ситуацию с утверждениями о нарушениях на избирательных участках. Согласно заявлению, свидетельства, прозвучавшие в программе, относились к конкретным участкам, которые посетили опрошенные очевидцы, а не ко всем избирательным участкам в арабском секторе.
Ультиматум руководства и отказ журналистки
В публикации от 4 ноября Хасон рассказала, что после этих событий руководство потребовало от нее зачитать в прямом эфире дополнительное заявление, составленное руководителем новостной службы Лиором Ланденбергом. По словам журналистки, текст был отправлен ей через WhatsApp и содержал, как она считает, искаженное толкование ее слов.
Хасон утверждает, что Ланденберг поставил условие: если она не прочитает подготовленный текст дословно, то не сможет вести свою программу. Журналистка назвала это требование беспрецедентным и заявила, что руководитель новостной службы вправе редактировать материалы и высказывать замечания, но не должен заставлять журналиста представлять чужой текст как собственное личное заявление.
По ее словам, она обратилась к юридической службе корпорации и заявила, что считает ультиматум незаконным и противоречащим профессиональной этике. После этого Ланденберг предложил ей подготовить альтернативную формулировку. Хасон утверждает, что согласилась и направила собственный вариант, включавший разъяснение и извинения. Однако затем руководитель новостной службы отказался рассматривать альтернативный текст и вновь потребовал зачитать первоначальную версию.
Журналистка также заявила, что недовольна тем, как информация о конфликте попала в СМИ. По ее утверждению, журналисту Рану Букеру передали неверные сведения о ходе переговоров, в результате чего публично была представлена искаженная картина произошедшего.
Обвинения в избирательном подходе
Еще одна часть заявления Хасон посвящена тому, что она охарактеризовала как избирательное применение дисциплинарных мер. Журналистка утверждает, что в прошлом в передачах корпорации на иврите и арабском языке звучали оскорбительные высказывания в адрес военнослужащих ЦАХАЛ и отдельных групп израильского общества, однако, насколько ей известно, руководство не требовало от авторов подобных выступлений зачитывать подготовленные извинения под угрозой отстранения от эфира.
Она подчеркнула, что ее собственные высказывания прозвучали не на площадке общественного вещателя, а в интервью сторонней радиостанции. Поэтому, по ее мнению, решение руководства КАН применить к ней столь жесткие меры требует отдельного объяснения.
Хасон также предположила, что изменение позиции руководства может быть связано с политической кампанией против нее, развернувшейся после ее слов о бедуинских женщинах. Она раскритиковала утечки информации изнутри корпорации, заявив, что они способствуют дальнейшему разжиганию общественной кампании против нее.
В завершение журналистка подчеркнула, что профессиональная журналистская этика должна основываться на справедливости, единых правилах, соразмерности и взвешенности решений. «Общественная телерадиовещательная корпорация принадлежит всем нам», — написала она.