Рубрика «Дайджест»: внимательно читаем израильскую прессу и делимся с читателями «Сегодня» самыми интересными редакционными материалами.
The Jerusalem Post. Трус не играет в хоккей» — особенно в Израиле
Как считает The Jerusalem Post, атмосфера вокруг сборной Израиля по хоккею с шайбой на сегодняшний день кажется такой же холодной и хрупкой, как лед, по которому скользят хоккеисты.
Мировые спортивные СМИ почти не интересуются международным турниром, проходящим в эти дни во Дворце зимних видов спорта в Софии, но для крошечного и при этом преданного своему делу израильского хоккейного сообщества, пережившего множество неприятных коллизий, он имеет решающее значение.
Речь не просто об очередном состязании, а о борьбе за выживание программы, оказавшейся на грани исчезновения. Уже сыгран первый матч чемпионата мира IIHF 2026 года (дивизион II, группа B), в котором Израиль одержал победу над Новой Зеландией со счетом 7:6 в овертайме, а впереди у израильских хоккеистов встречи с Болгарией, Китайским Тайбэем (так на международных спортивных турнирах называется Тайвань), Кыргызстаном и Исландией.
Самый поразительный эпизод стартовой игры произошел не на льду, а за его пределами: пока команда разминалась в Софии, главный тренер сборной Евгений Гусин находился в Израиле, пытаясь в срочном порядке организовать перелеты и документы для игроков, застрявших в стране на фоне войны. Его обязанности временно разделили между собой ветеран Кирилл Полозов, взявший на себя лидерство на льду, и помощник тренера Майк Дженнелло, руководивший командой со скамейки.
По мнению The Jerusalem Post, эта импровизированная структура подчеркивает двойственность израильского хоккея: слабую организационную базу и одновременно сильную личную вовлеченность тех, кто не готов дать этому виду спорта исчезнуть. Более того, их усилиями израильский хоккей преуспевает.
Однако успехи на льду резко контрастируют с кризисом вне его. Федерация хоккея Израиля фактически приказала долго жить из-за долгов, бюрократии и отсутствия государственной поддержки, оставив сборную без управления и ресурсов. Генеральный менеджер Джош Гринберг указывает, что команда годами борется за признание и вынуждена выживать фактически самостоятельно, вплоть до покрытия расходов из личных средств.
Haaretz. Даниэла Фишер: жизнь и судьба
…Далеко не все сослуживцы Даниэлы Фишер, боевого фельдшера в разведбатальоне, знали о том, что она еще и художник. Впрочем, точно так же они не догадывались, что Даниэла находится на девятом месяце беременности — девушка тщательно это скрывала и не просила в этой связи ни о каких поблажках.
О ее жизни и судьбе рассказала газета Haaretz, добавив, что 21 марта, когда иранская ракета угодила в Арад, взрывом разрушило здание, в котором располагалась галерея с работами Даниэлы. Узнав об этом, она получила от начальства разрешение посетить место происшествия. По ее словам, здание с галереей сильно пострадало, но ее работы остались целыми и невредимыми — факт, который можно объяснить только чудом.
Даниэла родилась в Олбани (США) в семье с непростой историей: ее мать была родом из Каира, а бабушка пережила вынужденную эмиграцию после высылки евреев из Египта в 1956 году.
Подростком Даниэла перебралась с матерью и сестрами в Израиль, но на первых порах сталкивалась с шеймингом и к новой жизни адаптировалась далеко не сразу. Стремясь во что бы то ни стало стать «своей», девушка выбрала службу в МАГАВ — пограничной полиции. Она окончила фельдшерские курсы и прослужила в общей сложности три года.
Интерес к творчеству проявился у Даниэлы еще в раннем детстве. Окончив академию «Бецалель» и пройдя затем дополнительное обучение за рубежом, она стала периодически выставлять свои работы в Израиле и за его пределами. За несколько месяцев до трагических событий 7 октября Фишер представила выставку своих произведений, посвященных теме разрушения и надежды. Затем она переехала в Арад, и там, вдохновившись фантастическими пейзажами пустыни, создала новую серию картин.
Как сообщает издание, безусловное влияние на художницу оказал опыт службы в резерве — в том числе на сирийском направлении. Несколько месяцев она работала в импровизированных медицинских пунктах, оказывала помощь раненым, включая тяжелые случаи среди мирного населения. Накопленные эмоции и переживания нашли отражение в ее работах — в образах животных, птиц и хрупкой природы; образах, в которых сильны мотивы травмы, выживания и поиска безопасного пространства.
Уже после возвращения со службы Даниэла родила ребенка; по ее словам, она сознательно не рассказывала о своей беременности, чтобы избежать давления и советов.
Как считает автор публикации в Haaretz, история Даниэлы Фишер соединяет в себе опыт миграции, поиска идентичности, военной службы и материнства с художественным исследованием тем уязвимости и надежды.
«Исраэль хайом». Мучительная хроническая проблема, обострившаяся во время войны
Некоммерческая организация «Моя хроническая головная боль» опросила 170 израильских пациентов с мигренью и головными болями в рамках исследования, которое изучало влияние войны с Ираном на их физическое, психическое и функциональное состояние.
О результатах исследования сообщило издание «Исраэль хайом». Выяснилось, что люди, страдающие от мигрени, отмечают значительное ухудшение симптомов в течение последнего месяца войны, а также говорят о нарушении повседневной рутины и трудностях с доступом к лечению.
Около половины респондентов указали на увеличение частоты приступов — при этом многие испытывали головную боль во время сирены или сразу после нее. 89,9% опрошенных были вынуждены укрываться в бомбоубежище прямо во время приступа. По их словам, ухудшение состояния напрямую связано с последствиями войны — нарушениями сна, сиренами и психологическим стрессом.
Основными факторами ухудшения стали:
- недосып (84,5%);
- стресс и тревожность (60,1%);
- сирены и оповещения (54,8%);
- изменения в обычном распорядке дня (50,6%).
Самым непосредственным триггером выступают сирены: 48,8% респондентов сообщили, что их звучание часто усиливает приступы, и еще 28,6% добавили, что такое происходит иногда.
Усиление симптомов приводит к возрастанию надобности в препаратах: примерно 80% опрошенных заявили, что во время войны им требуется больше лекарств.
При этом далеко не все в состоянии получить требуемое лечение: 13% столкнулись с трудностями при обращении к врачу из-за ограничений, 10,7% избегали обращения из-за ситуации с безопасностью, а 44,4% вообще не пытались получить медицинскую помощь.
На вопрос о том, как они справляются с ухудшающимся состоянием, большинство ответило, что принимает препараты для купирования приступов (63,1%) или предпочитает отдых в тихом помещении (51,2%). При этом 17,9% заявили, что им ничто не помогает.
Как отметила представительница НКО, ограниченный доступ к лечению вынуждает пациентов «выживать», увеличивая потребление лекарств, что само по себе не считается хорошим признаком.
Так, одна из пациенток рассказала, что война резко ухудшила ее состояние: стресс, недосып и постоянное беспокойство усилили приступы, из-за чего ей приходится практически постоянно принимать лекарства просто для того, чтобы иметь возможность справляться с повседневностью.
TheMarker. Новая функция Anthropic стала испытанием для двух израильских стартапов.
Два недавно созданных израильских стартапа — Qodo и Baz — примерно месяц назад неожиданно для себя вступили в вынужденное «состязание» с Anthropic, гигантом в сфере искусственного интеллекта, создателем чат-бота Claude.
Как сообщил TheMarker, Anthropic запустил функцию проверки кода на базе ИИ, напрямую конкурирующую с продуктами израильтян. Для стартапов это стало серьезным испытанием — впрочем, подобные ситуации случаются регулярно: каждые несколько недель Anthropic выпускает новые функции, способные перетряхнуть целые отрасли.
Издание отмечает, что ситуация высветила более масштабную проблему. Сейчас определяется, сосредоточится ли рынок разработки программного обеспечения вокруг нескольких крупных платформ, предлагающих полный набор инструментов, или же сохранится экосистема отдельных продуктов, каждый из которых решает свою специализированную задачу.
Особенно актуальным этот вопрос делает рост популярности так называемого «вайб-кодинга» — создания кода с помощью ИИ. При вайб-кодинге контроль качества заведомо ниже, поэтому растет спрос на инструменты AI Code Review, способные тестировать код на ошибки, уязвимости и несоответствие стандартам.
Израильские стартапы активно работают в том числе на этом рынке. Так, Qodo, основанный в 2022 году, недавно привлек 70 миллионов долларов инвестиций, а Baz, созданный в 2023 году, уже получил 8 миллионов долларов на начальном этапе. Обе компании демонстрируют поступательный рост: у Qodo годовой доход вырос с 1 до 10 миллионов долларов, а Baz за последний квартал утроил число клиентов.
Тем не менее, как считает TheMarker, запуск собственного инструмента проверки кода Claude Code Review от Anthropic привел к резкому усилению конкуренции и вызвал сумятицу на рынке.
Впрочем, руководители израильских стартапов считают, что востребованности их решений вряд ли что-то всерьез угрожает. По их мнению, проверка кода — это важная категория, прежде всего, для крупных компаний, стремящихся к независимому контролю качества. Ведь в противном случае возможен конфликт интересов, при котором одна и та же платформа и пишет код, и проверяет его. Кроме того, специализированные инструменты зачастую более точны и осторожны. К примеру, они способны остановиться при недостатке данных, в отличие от генеративных моделей, заточенных на постоянную выдачу результата.
И все же, подчеркивает издание, есть и другая точка зрения: крупные компании, в том числе Anthropic, имеют возможность предлагать пользователям комплексные решения «все в одном», включая написание, проверку и исправление кода. Благодаря огромной пользовательской базе функции быстро распространяются, и у разработчиков остается меньше стимулов искать альтернативы. В свою очередь, подобная тенденция сеет в сознании инвесторов сомнения по поводу долгосрочного потенциала независимых стартапов.
Впрочем, ряд экспертов говорят, что в результате должен возникнуть так называемый «смешанный рынок»: для небольших компаний подойдут встроенные решения, а крупные организации продолжат нуждаться в специализированных инструментах. При этом часть стартапов вполне могут со временем поглотить крупные игроки.
«Маарив». А кто не пьет?
Американскому писателю Эрнесту Хемингуэю приписывается цитата: «Я пью, чтобы сделать других людей интереснее». С древних времен алкоголь используется в том числе для этих целей, а еще — чтобы праздновать, переживать горе, справляться со стрессом или просто расслабиться.
«Маарив» объясняет: в отличие от многих других веществ, у алкоголя нет конкретного узкого функционала — он подобен универсальному средству «на все случаи жизни». Употребление алкоголя помогает разным людям почувствовать себя увереннее, поднять настроение или уснуть. Именно поэтому алкоголь столь широко распространен, и от него бывает трудно отказаться.
Как объясняют ученые, алкоголь действует сразу на многие процессы в мозге — он может одновременно уменьшать уровень тревожности, вызывать чувство удовольствия, смягчать боль и менять поведение. Кроме того, алкоголь быстро попадает в мозг, нарушая баланс между возбуждением и расслаблением.
Вначале это вызывает приятные ощущения: человек становится более расслабленным, разговорчивым и менее скованным. Однако по мере увеличения дозы страдают координация, речь и реакция. В больших количествах алкоголь способен нарушить работу дыхания и сердца, тем самым неся прямую угрозу жизни. Не следует забывать и о последствиях: на следующий день после принятия больших доз алкоголя люди чувствуют тревогу, усталость или подавленность, поскольку мозг пытается компенсировать действие алкоголя и «перестраивается» обратно.
Кроме того, алкоголь влияет не только на мозг, но и на кишечник, что также сказывается на самочувствии и настроении. А при регулярном употреблении резко повышается риск серьезных проблем со здоровьем.
Как поясняет «Маарив», чтобы сократить употребление алкоголя, важно понять, зачем вы его употребляете. Если речь идет о способе снять стресс или расслабиться, то лучше прибегнуть к другим вариантам — к примеру, к отдыху, дыхательным упражнениям, теплому душу или безалкогольным напиткам.
Не менее полезно, согласно рекомендациям, установить для себя некие простые ограничения. Да, алкоголь кажется удобным способом изменить состояние, но нельзя забывать о последствиях, а кроме того, сегодня существует много более безопасных альтернатив.