Каждый будний день «Сегодня» делится с читателями дайджестом самых интересных материалов израильской прессы, а потом подробно разбирает один из этих материалов.
Война характеризуется не только большим количеством раненых, но и теми, кого настиг ПТСР — посттравматическое стрессовое расстройство.
«Исраэль хайом» рассказывает о новом виде терапии: сегодня часто можно встретить на улице человека с собакой, одетой в специальную жилетку — верный знак того, что собака служебная.
Вообще, служебные псы и собаки-поводыри существовали во все времена. А вот собаки, помогающие справляться с посттравматическом стрессовым расстройством, — это относительно новое явление. Сегодня, после двух с половиной лет непрерывных боев, многие из тех, кому поставлен диагноз ПТСР, смогли воочию убедиться, каким эффективным помощником может стать «лучший друг человека».
Подготовка «собак-терапевтов» — дело непростое: их обучают не распознавать запахи, а реагировать на поведение человека, улавливать малейшие изменения в его состоянии и тотчас откликаться на это: к примеру, прижаться к нему, лечь на него или начать его облизывать, помогая справиться с приступом тревоги или паники. Обучение такой собаки длится полтора года и стоит примерно 150 000 шекелей. Однако такие собаки становятся все нужнее и нужнее.
Центр «Симба» и его собаки
«У нас просто нет выбора», — говорит Элинор Вогнерт, которая вместе со своим партнером Жеромом Гозланом управляет в кибуце Нир-Давид центром подготовки служебных собак «Симба».
Вогнерт рассказывает, что после 7 октября спрос на «собак-терапевтов» резко вырос. И добавляет: «Согласно существующим оценкам, к 2030 году более 60 000 человек будут страдать от посттравматического стрессового расстройства, и мы говорим только о первом витке».
Как утверждает Элинор, сегодня собаки могут учуять самые разные болезни — в том числе рак и диабет. Секрет — в так называемом «целевом запахе», который способен уловить собачий нюх. При ПТСР запах человеческих выделений — пота или мочи — тоже меняется, поскольку во время приступов ярости, депрессии и боли существенно повышается уровень кортизола: гормона, который человеческий организм выделяет в стрессовых ситуациях. Однако еще важнее то, что человек начинается иначе двигаться.
«Когда я тренируюсь, то в основном работаю даже не над запахом, а над движениями тела человека с посттравматическим стрессовым расстройством и его потребностями. — поясняет Вогнерт. — Собака распознает ситуацию, изучает ее — и, соответственно, реагирует».
Как происходит процесс знакомства человека с собакой?
Все начинается со встреч в Нир-Давиде. Затем человек и собака проводят вместе выходные, а после этого — целую неделю, до тех пор, пока они полностью не привыкнут друг к другу.
«Подходящие кандидаты приходят на ознакомительную встречу. Мы тщательно изучаем их, привлекая для этих целей команду специалистов по благополучию животных и психолога, определяем их потребности, п они делятся с нами своими повседневными трудностями, — рассказывает Вогнерт. — Нередко к нам попадают люди, которые прошли через ад и все-таки решили жить, — то есть сделали, пожалуй, самый трудный и самый важный выбор. Их путь может занять годы, включать надежды и разочарования. Но, невзирая на это, в процессе дрессировки иногда вдруг случается волшебство».
«Симба» — один из немногих центров, сотрудничающих с Министерством обороны и Институтом национального страхования — и тем не менее, возможности этой структуры ограничены.
В 2025 году центр подготовил 20 собак, в нынешнем году «выпускниками» должны стать более тридцати псов — но этого все равно недостаточно. Кроме того, подбор щенков требует строгого отбора, учета генетики и характера, а также длительного воспитания и тренировок.
«Исраэль Хайом» приводит в пример истории нескольких людей, получивших в свое распоряжение «собак-терапевтов». Так, бывший военнослужащий ЦАХАЛ по имени Итай, страдающий от ПТСР, рассказывает, что приданный ему пес Марти стал для него своеобразной «точкой опоры» в жизни — он сопровождает его повсюду, помогает справляться с вспышками гнева и тревоги, смягчает реакцию окружающих.
Забота не только о состоянии человека — но и о безопасности собаки
По словам Вогнерт, посттравматическое расстройство — это широкий спектр характеристик. Кто-то переносит его симптомы легче, другие — тяжелее. Разумеется, это сказывается и на отношениях между собакой и человеком. Как же регулировать такие отношения, учитывая, что и собакам может быть нанесен вред от неумелого общения?
Отвечая на этот вопрос, руководство Центра указывает, что собаки остаются в его законной собственности и служат до 8-10 лет, после чего выходят на пенсию.
Более того, собаки, которые соответствуют критериям, должны приезжать в Центр четыре раза в год — здесь оценивают их состояние, а также проведенное лечение. Не менее важно иметь и систему поддержки. Потому иногда Элинор и Жером привлекают к принятию решения членов семьи, понимая, к примеру, что человек может несколько дней пролежать в постели, и за собакой в это время будет просто некому ухаживать. В расчет берется множество разных факторов.
Один из них связан с отбором конкретных пород. Дело в том, что быть собаками-помощниками обучены прежде всего четыре породы собак: лабрадор, золотистый ретривер, бордер-колли, а также пудели, предназначенные для тех, кому не нужна большая, сильно линяющая собака.
К примеру, о лабрадорах известно, что они любят людей, легко поддаются дрессировке, но, с другой стороны, уравновешенны и дисциплинированны, им легко вести себя в людных местах.
Что касается пуделей, которые выглядят маленькими, то они более чувствительны, но могут выдерживать давление. В конце концов, когда человек выходит из-под контроля и проявляет агрессию, многие собаки могут перейти в охранный режим, угрожая окружающим.
«Мы не можем этого допустить, — отмечает Элинор, — ведь мы хотим, чтобы собаки были рядом с нами в ресторанах или в школе. Мне нужно знать, что, если Итай «потеряет контроль», что совершенно нормально, Марти будет рядом с ним».
Итай и Марти
В начале 2000-х Итай служил в армии — его служба пришлась на время интифады. Он сам признается, что делал то, чего не должен был делать, и видел то, чего не должен был видеть.
«Чувство вины и стыда преследовали меня почти 15 лет, — подчеркивает он. — Были симптомы, вспышки ярости. Мне постоянно снится, что я убегаю с пистолетом и должен стрелять — а пули бесполезны. Моя жизнь — дерьмо, давайте не будем ее ворошить и приукрашивать. Если вы откроете мое полицейское досье, то увидите, сколько раз они писали “подозрение на убийство” и искали меня в лесах и горах. Я до сих пор убегаю, но с Марти. Сейчас он — светлый луч в моей жизни».
Это в самом деле оказалась любовь с первого взгляда. Марти быстро переехал к Итаю и к его семье, и сегодня он рядом с ним 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Даже когда Итай принимает душ, пес ждет его снаружи, прямо за дверью ванной.
«Честное слово, мне лучше с собаками, чем с людьми. Марти смягчает не только меня, но и человека, который проходит мимо. А когда обстановка становится спокойнее, мне тоже комфортнее, — говорит Итай. — Но и это еще не все: Марти умеет ориентироваться в самых разных ситуациях. Не так давно в известной сети ресторанов дежурный сказала мне, что нельзя приходить с собакой, и хотя я объяснил ей, что это собака-поводырь, она продолжала настаивать на соблюдении установленных процедур. Я был с ребенком, и меня это вывело из себя, а когда я выхожу из себя, это иногда приводит к неконтролируемой ярости. Марти знает это и до поры до времени не вмешивается. Но как только я сел, чтобы успокоиться, он забрался на меня сверху, и мы обнялись...».
Как считают специалисты, такие собаки — не роскошь, а необходимое средство помощи, сопоставимое по своей значимости с медицинскими устройствами.