Пока израильтяне заново привыкают к новой реальности сирен и укрытий, за закрытыми воротами сафари в Рамат-Гане разворачивается своя, тихая драма. Животные тоже слышат тревоги — и реагируют на них по-разному.
Сафари закрыт для посетителей с конца февраля, однако работа внутри не остановилась ни на день: команды продолжают ухаживать за животными, стараясь сохранить для них ощущение стабильности.
Как рассказала в интервью порталу Walla пресс-секретарь сафари Хила Фельдман-Гра, сейчас главный принцип — максимально возможная рутина. Смотрители приходят с раннего утра, проверяют состояние животных, убирают вольеры, готовят еду и пространство на день вперед. Задача — сделать так, чтобы, несмотря на внешнюю тревожную реальность, внутри все оставалось знакомым и предсказуемым.
Шаг назад — к привычному дню
«Это не собака и не кошка. Мы не можем взять их на руки, погладить или забрать с собой в защищенное помещение или укрытие», — объясняет Фельдман-Гра. Поэтому ставка делается на порядок и повторяемость. Привычный ритм — единственный способ снизить стресс у обитателей сафари.
Особую роль играют дополнительные активности в вольерах. Без посетителей исчезает важный источник стимулов, и животные могут скучать. Чтобы этого не происходило, сотрудники добавляют элементы для поиска еды, подвешивают объекты, создают ситуации, где животные вынуждены исследовать и взаимодействовать с пространством. Это удерживает их внимание и помогает сохранить психологическое равновесие.
Ночные домики становятся укрытием
Сирены меняют поведение животных, но не у всех одинаково. У многих есть выбор — оставаться в открытом пространстве или уходить в «ночной домик». И в момент тревоги этот выбор становится особенно заметен.
Медведицы Мента и Бабет, тигры Римба и Чин Чин, леопард Ноя — при звуках сирены уходят в укрытие, как и гигантская черепаха Момо. «Большинство таких помещений построены из бетона и служат защищенным пространством для животных», — объясняет пресс-секретарь сафари.
Но есть и те, у кого нет «бетонного убежища». Бегемоты, например, во время тревоги собираются в воде — в своем привычном и, вероятно, безопасном месте.
Кто боится больше всего?
Реакции сильно различаются от вида к виду. Жирафы обычно остаются стоять, поднимают голову и выглядят настороженными, но не демонстрируют признаков сильного стресса. Львы, носороги и зебры чаще продолжают вести себя как обычно — едят, двигаются и почти не показывают необычных реакций.
Самыми чувствительными оказались приматы. По словам Фельдман-Гра, шимпанзе начинают громко кричать сразу, как только звучит сирена. Некоторые из них почти не выходят из внутренних помещений. Эта реакция особенно тяжело воспринимается сотрудниками.
При этом заметна и другая тенденция — постепенная адаптация. Животные, как и люди, со временем привыкают к повторяющимся звукам и ситуации в целом.
Жизнь без зрителей
Отсутствие посетителей изменило ритм сафари, но не остановило его. Наоборот — в чем-то работа стала даже интенсивнее. Меньше внешнего шума, больше внимания к деталям, больше попыток компенсировать пустоту.
И, как признаются в сафари, сейчас главное — не только физическая безопасность, но и эмоциональное состояние животных. Сохранить для них ощущение привычного мира, даже когда за его пределами все нестабильно.