Примерно 60 лет назад северо-восток Филадельфии был бурлящим центром еврейской жизни. Здесь было все — от синагог до кафе и ресторанов. Именно тогда Майк Стайн с компаньоном выкупили успешный бизнес — магазин деликатесов — у семьи Ауспитц, владевшей целой сетью таких заведений еще с 1920-х.
Как рассказывает The Times of Israel, последние несколько десятилетий комплексом, включающим магазин и ресторан, руководил Стив Стайн, сын Майка, уверенно держась на плаву. Однако теперь еврейская жизнь района, похоже, постепенно уходит в прошлое: закрылись синагоги, растворились в небытии многие приметы некогда «прекрасной эпохи».
Прошлое и настоящее еврейских мест в Филадельфии
Steve Stein’s Famous Deli and Restaurant держался дольше всех, но только что сдался и он: 83-летний Стив Стайн принял решение уйти на покой. Во-первых, его замучила боль в ногах, а во-вторых, по его мнению, бизнесу требуется обновление.
«Я, к сожалению, ожидала, что рано или поздно это произойдет, — признается Эйлин Оуэнс, помнившая это место еще со времен, когда им управляла семья Ауспитц. — Вокруг никого и ничего не осталось. Синагоги и все остальное постепенно исчезают. Все уехали в пригороды».
Как вспоминает Стив, его отец Майк Стайн вместе с братом Арнольдом и двоюродным братом Джеком стал управлять отделом свежих продуктов и фруктов в Famous Deli в районе Кастор-Гарденс в Филадельфии в конце 1950-х. Примерно в 1960 году они выкупили всю закусочную у семьи Ауспитц, и в итоге Стив и Арнольд занялись развитием деликатесного магазина вместе.
По мере того, как еврейские семьи перебирались дальше на северо-восток Филадельфии, переезжал и ресторанчик — вначале на Крюстаун-роуд в середине 1970-х годов (где со временем открылись две дополнительных точки), а затем, примерно 14 лет назад, на свое последнее место по адресу Грант-авеню, 1619.
Мир меняется — можно ли за ним поспеть?
Если все пройдет спокойно и без потрясений, то Ли, 57-летний сын Стива, надеется осуществить еще один переезд и все-таки возродить семейное дело в пригороде. На нынешнем месте, как он считает, уже нет никакой перспективы.
«Я ищу возможность открыть собственную точку, — подчеркивает Ли, начинавший восьмилетним ребенком с выноса мусора, но уже тогда время от времени пытавшийся заняться нарезкой лосося, пока взрослые отворачивались. — У меня большой опыт в этом бизнесе».
Он поясняет: «Вообще-то я называю себя разносторонним человеком — не только в деликатесном бизнесе, но и в кулинарии, и в выпечке. Вероятно, я сокращу масштабы и не буду заниматься фруктами и овощами, как мы делали здесь. Деликатесы, готовая еда, немного выпечки и небольшая зона со столиками — вот что мне нужно. Но людям, которые сюда приходят, я говорю: "Вы больше никогда в жизни не увидите некоторых из этих продуктов. И, вероятно, больше никогда не увидите таких цен"».
И все же Ли думает над тем, как сделать так, чтобы его новое заведение оставалось доступным: «Моему отцу всегда нравилось радовать людей. Потому он пытался угодить людям ценой. Но в конечном счете такая цена бьет по тебе самому».
Ностальгия и принятие неизбежного
Стив, конечно же, желает сыну успехов, но понимает, что все теперь будет по-другому: «Ли хочет попробовать нечто новое, в другом месте». Он добавляет, что некоторые сохранившиеся заведения в районе «на 90% делают упор на ресторан и на 10% — на деликатесный магазин», тогда как у него все наоборот: 90% — на магазин, а 10% — на ресторан. «Наверное они выиграют от того, что мы закрываемся», — пожимает плечами Стайн.
Однако один из его бывших конкурентов не уверен, что это так «Я расстроен, что закрылся еще один еврейский деликатесный магазин. Стив долго работал в этом бизнесе, и у него была своя клиентура, — считает Майкл Янг, давний владелец деликатесного ресторана Ben & Irv’s в Хантингдон-Вэлли, пригороде примерно в 20 минутах к северо-западу от Famous. — Но сегодня мир стал другим, и район изменился. Так что я не знаю, поможет ли это нам на самом деле».
Ли Стайн признается: на самом деле он пытался сохранить заведение на прежнем месте, однако ему потребовалась помощь. «Настоящая проблема состоит в том, что домовладелец никогда не ухаживал за зданием. Я пытался договориться с ними, рассчитывая, что все можно легко исправить. Я попросил сделать ремонт, перекрыть крышу, в которой несколько дыр. Когда на улице идет дождь, у нас здесь просто льет. Поэтому я сначала попытался провести переговоры, прежде чем делать что-либо еще, но это ни к чему не привело», — рассказывает он.
Но, так или иначе, Стив Стайн, который в прошлом году был вынужден ненадолго закрыть заведение из-за проблем с санитарными нормами, сдался, подтверждая, что уже готов закрыть эту страницу.
Что теперь
Он уже знает, что будет делать дальше. Во-первых, когда все уляжется, пройдет терапию для больных ног. Во-вторых, сможет уделять больше времени своей супруге Шейле, с которой они вместе уже 61 год, а также детям Ли и Минди, семерым внукам и двоим правнукам. «Но я буду скучать по своим клиентам, — отмечает он, чувствуя предстоящую перемену. — Они мне как семья».
Стайн признается: это ощущение опустошает. Он явственно почувствовал нечто подобное 24 августа, на следующий день после официального закрытия магазина, которое сопровождалось финальной распродажей остатков: «Обычно я приходил в магазин первым. Мне будет этого очень и очень не хватать». И не ему одному. «Ничто не вечно, — сказала одна из клиенток, прежде чем зайти в Famous в последний раз. — Но это очень печально».
Единственное, что можно добавить: как только в последние несколько недель распространились новости о закрытии последнего еврейского деликатесного магазина в этом районе Филадельфии, сюда буквально хлынул поток людей.
«Это ошеломляет, — улыбается Стайн. —Количество людей, пришедших сюда за последние десять дней или две недели… Их слова очень трогают. Я знал, что меня любят как знакомого. Но я не знал, что меня любят так сильно».