Как устроены выборы в Израиле и что нужно знать избирателю? В этом сериале отвечаем на вопросы, которые многие стесняются задавать, и простыми словами объясняем правила израильских выборов: как голосовать, куда уходит ваш голос и что происходит после подсчета бюллетеней.
Что такое электоральный барьер?
Чтобы попасть в Кнессет, партия должна набрать не менее 3,25% всех действительных голосов, поданных на выборах. Это и есть электоральный барьер.
Если партия получила, например, 3,2%, она не получает ни одного места в Кнессете. Если преодолела отметку в 3,25% — участвует в распределении 120 депутатских мандатов.
Поэтому перед выборами часто можно услышать, что та или иная партия находится «на грани электорального барьера». Даже небольшая разница в числе голосов может решить, получит она несколько мест в Кнессете или вообще останется без представительства.
Почему именно 3,25%?
Так было не всегда. До 1992 года для попадания в Кнессет было достаточно получить 1% действительных голосов. Затем барьер подняли до 1,5%, а в 2004 году — до 2%.
Нынешний уровень установили в марте 2014 года. Изначально предлагалось поднять барьер с 2% сразу до 4%, однако в ходе обсуждений коалиция договорилась остановиться на 3,25%.
Поправку приняли 11 марта 2014 года в рамках так называемых законов об управляемости. За нее проголосовали 67 депутатов, оппозиция в голосовании не участвовала.
С тех пор планка в 3,25% не менялась.
Если партия не преодолела барьер, кому достается отданный за нее голос?
Никому. Голос остается действительным, но при распределении мест в Кнессете его больше не учитывают. Голоса всех партий, не преодолевших барьер, исключают из дальнейшего расчета, а 120 мест распределяют только между теми партиями, которые получили не менее 3,25%.
Например, небольшая партия может получить десятки тысяч голосов, но остановиться чуть ниже барьера. В таком случае она не получит ни одного мандата, а проголосовавшие за нее избиратели останутся без представительства этой партии в Кнессете.
При этом их голоса не переходят автоматически к крупнейшей партии, победителю выборов или политическому блоку, к которому была близка непрошедшая партия.
Однако на итоговое распределение мест такие голоса все же влияют. После их исключения все 120 мандатов распределяются только на основе голосов за партии, преодолевшие барьер. Поэтому доля каждой из прошедших партий при распределении мест становится немного выше.
Именно поэтому положение небольших партий перед выборами имеет значение не только для них самих. Если партия окажется чуть ниже 3,25%, все поданные за нее голоса перестанут участвовать в распределении мест в Кнессете.
Значит, безопаснее голосовать за крупную партию?
С точки зрения риска «потерять» голос — да: у партии, которая уверенно преодолевает барьер, вероятность остаться без мест в Кнессете значительно ниже.
Но из этого не следует, что голосовать за небольшие партии бессмысленно. Любая новая или небольшая политическая сила может попасть в Кнессет только в том случае, если достаточное число людей все-таки решит ее поддержать. Если все избиратели будут выбирать только партии, которые уже уверенно проходят барьер, у небольших списков практически не останется возможности его преодолеть.
Поэтому здесь возникает выбор. Можно поддержать крупную партию и снизить риск того, что голос не будет участвовать в распределении мандатов. А можно проголосовать за небольшую партию, которая лучше отражает ваши взгляды, понимая, что если она не наберет 3,25%, представительства в Кнессете у нее не будет.
Предвыборные опросы могут помочь оценить этот риск, но не дают гарантии. Партия, которая находится около барьера, в реальном голосовании может оказаться как выше, так и ниже него.
Могут ли небольшие партии объединиться?
Да. Несколько партий могут договориться идти на выборы единым списком. Для этого им не обязательно полностью сливаться в одну партию: они могут сформировать общий список кандидатов и вместе участвовать в выборах. Такой вариант позволяет небольшим политическим силам снизить риск того, что каждая из них по отдельности останется ниже 3,25%.
Но объединиться прямо накануне выборов уже не получится. Списки кандидатов должны быть поданы в Центральную избирательную комиссию не позднее чем за 47 дней до дня голосования. Так что, если за неделю до выборов опросы показывают, что партия не проходит барьер, присоединиться к уже зарегистрированному списку она не может. Поэтому переговоры между небольшими партиями часто активизируются еще до закрытия списков.
Сколько голосов может остаться «потерянными»?
Иногда речь идет не о нескольких тысячах, а о более чем ста тысячах голосов за одну партию.
На выборах 2015 года правая партия «Яхад» получила 125 158 голосов — 2,97%. Этого оказалось недостаточно для преодоления барьера в 3,25%, и партия не получила ни одного места.
Еще более показательный случай произошел на выборах в апреле 2019 года. «Новые правые» Нафтали Беннета и Айелет Шакед получили 138 598 голосов — 3,22%. До прохождения в Кнессет им не хватило совсем немного. На тех же выборах партия «Зеут» Моше Фейглина получила 118 031 голос — 2,74% и также осталась без мандатов.
В 2022 году похожая ситуация возникла уже на левом фланге. МЕРЕЦ получила 150 793 голоса — 3,16% и впервые в своей истории не попала в Кнессет. На тех же выборах БАЛАД получила 138 617 голосов — 2,91% и тоже не преодолела барьер.
Эти примеры показывают, насколько важными могут оказаться даже десятые и сотые доли процента. Партия может получить поддержку более ста тысяч избирателей — и при этом не получить ни одного места в Кнессете.