Начнем с необычного факта: в рамках празднования 100-летия телевидения фестиваль Jerusalem Sessions с 17 по 19 ноября оборудовал в Национальной библиотеке Израиля бесплатную, открытую для публики «гостиную», куда каждый желающий сможет заглянуть и наблюдать за тем, чем наполняется эфир в режиме реального времени — ровно так, как это делали люди до появления стриминговых сервисов.
«Вообще-то люди смотрят телевизор сидя дома, — говорит директор фестиваля Даниэль Сус, который признался в беседе с The Jerusalem Post, что поначалу скептически относился к идее устроить в израильской столице большое мероприятие, посвященное телевидению. — Это частное, даже интимное занятие. Вы смотрите телевизор в пижаме». Фестиваль же — на первый взгляд, полная противоположность: массовое, общее событие.
Тем не менее, это не помешало израильтянам собрать чрезвычайно любопытную программу, с обилием громких премьер, а также актуальных дискуссий и круглых столов.
Как это было: от куклы в Сохо до стриминга без границ
Но прежде, чем рассказывать о фестивале, перенесемся в прошлое. История телевидения ведет отсчет с октября 1925 года, когда в своей маленькой мастерской в лондонском районе Сохо шотландский изобретатель Джон Лоуги Бэрд смастерил куклу для чревовещания по имени Стуки Билл, ставшей, по сути, первой телезвездой. 26 января 1926 года он впервые публично продемонстрировал свое изобретение в Лондоне.
Через год, в 1927-м, 21-летний выходец из фермерской семьи в штате Юта Фило Фарнсуорт смог передать на экран первое полностью электронное изображение — одну прямую линию.
После Второй мировой войны ТВ становится желанным гостем в салонах по всей Америке, а затем и по всему миру. В 1948 году возникает кабельное телевидение. Оно начинает передавать сигналы телесетей через холмы Пенсильвании и Орегона. Затем пришли телеканалы HBO в 1972-м, CNN в 1980-м и MTV в 1981 году.
Сегодня стриминг стер все возможные границы: триллер на иврите и арабском языках, снятый в Израиле, в тот же вечер могут смотреть в Бейруте, Париже и Сеуле. Из ящика, скромно стоящего в углу комнаты, телевизор стал настоящим окном в мир.
Что интересно: в Израиле телевидение появилось с большой задержкой. Его противники, возглавляемые отцом-основателем государства Давидом Бен-Гурионом, боялись, что западные ценности, проповедуемые с экрана, разрушат возрождающуюся ивритскую культуру, а «Народ Книги» преобразится в «народ экрана». Поэтому первые передачи, носившие образовательный характер, начали транслироваться только в марте 1966 года, а полноценное общественное вещание стартовало еще позднее, в День независимости 2 мая 1968 года.
Несмотря на то, что в Израиле телевидение было запущено с большим опозданием, менее за полвека, как отмечает издание, страна с 10-миллионным населением умудрилась стать одним из главных поставщиков идей для мирового рынка. Сериалы «Родина», «Пациенты» и «Эйфория» выросли из израильских форматов, а «Фауда» и «Тегеран» из истории об израильских спецслужбах превратились в глобальные хиты.
Jerusalem Sessions: три дня нон-стоп
Как отмечает The Jerusalem Post, программа фестиваля насыщенна и многообразна: кажется, что одно мероприятие интересней другого. Помимо зрителей, гостями представительного форума станут израильские и зарубежные продюсеры, сценаристы и закупщики контента.
В расписание — многочисленные премьеры: в частности, первый мировой показ третьего сезона хита «Королева красоты Иерусалима», а также премьера парижского эпизода сериала «Шеф». Особый интерес вызывает визит создателя «Подпольной империи» и сценариста «Клана Сопрано» Теренса Уинтера, а также режиссера Минки Спиро («Лучше звоните Солу»).
На полях фестиваля пройдут бурные дискуссии о трендах. Исследование, которое представит профессор Ноа Лави, посвящено состоянию телеиндустрии после 7 октября. Помимо этого, в программе значится и панель с говорящим названием «Сделано в Израиле: смотрит ли нас мир до сих пор?». Ожидаются обсуждения угроз со стороны рекомендательных алгоритмов и дебаты по поводу роли искусственного интеллекта в написании сценариев.
Как подчеркивает The Jerusalem Post, Иерусалимская медиаинициатива объявила перед началом фестиваля о выделении грантов до 2 млн шекелей (до 30% бюджета) на создание сериалов, отражающих жизнь столицы за пределами привычных сюжетов о межрелигиозных конфликтах. Эта же организация сообщила об установлении партнерства с лос-анджелесским фестивалем короткого метра HollyShorts.
Израильское ТВ и кино после трагедии 7 октября: оптимизм и пессимизм
Ключевой вопрос, который затронет фестиваль, — удастся ли израильской телеиндустрии удержать завоеванные позиции, учитывая нескончаемую войну и волну антиизраильских и антисемитских настроений? Участники здесь разделились, условно говоря, на «оптимистов» и «пессимистов».
Как утверждает глава Keshet International Керен Шахар, негативный эффект ощущается исключительно «на периферии», а многие давние партнеры, напротив, стремятся поддержать израильтян. Сила и привлекательность израильских проектов, считает она, — в сильных характерах и драматургии, а вовсе не в дорогих спецэффектах.
Крупные сделки никто и не думает отменять: к примеру, Netflix готовит американский ремейк израильской драмы Lovesick с Клэр Дэйнс, а также купил сериал Bad Boy; Apple TV приобрел Unconditional, а романтическая комедия «Скоро у меня» (Bekarov Etzli) продана в 13 стран и будет адаптирована под эгидой Sony Pictures.
Еще один аргумент в пользу оптимистов — феномен «Фауды». Пятый сезон сериала, сюжет которого строится вокруг нападения ХАМАС 7 октября, осенью вышел на Netflix и только за первую неделю собрал 2,1 млн зрителей, войдя в топ-10 в 41 стране. Парадоксально, но самый мощный отклик на проект наблюдается в арабском мире: первое место в Ливане, четвертое — в Египте, Иордании и Катаре, пятое — в ОАЭ, Бахрейне и Марокко.
И все же «пессимисты» бьют тревогу. По их мнению, невзирая на успехи отдельных шоу, международное финансирование на этапе разработки проектов падает на 30–50%: стриминги готовы покупать уже готовые хиты, но опасаются вкладывать в производство на ранних стадиях из-за риска скандалов в соцсетях.
Американский продюсер Адам Берковиц отмечает: изменился и подход к тематике, локальные и религиозные сюжеты вроде «Штиселя» сегодня продать невозможно — рынок требует универсальных историй на английском языке.
В качестве аргументов «пессимисты» также приводят ситуацию с кино. Если телевидение еще держится за счет адаптаций, говорят они, то израильский кинематограф столкнулся с фактическим «тихим бойкотом». Согласно данным организации Creative Community for Peace (CCFP), крупные фестивали в Венеции, Лондоне и Торонто отказываются брать в программу израильские ленты, если в них не содержится жесткой критики самого Израиля.
Показательной в этом смысле кажется история документального фильма о генерале Ноаме Тибоне, спасшем свою семью 7 октября: фестиваль в Торонто вначале исключил картину из программы, но после общественного резонанса вернул ее — и лента завоевала приз зрительских симпатий.