Под общим названием «Катаргейт» в израильском публичном пространстве объединяют расследования и публикации, касающиеся предполагаемого влияния Катара на общественную повестку в Израиле — прежде всего через лоббистскую деятельность и связи с лицами, имеющими доступ к политическим и информационным ресурсам. Речь идет не об одном завершенном уголовном деле, а о комплексе проверок и следственных действий, находящихся на разных стадиях готовности.
История вопроса
Скандал начался в феврале 2025 года с публикации журналиста 12 канала Офера Хадада. В его расследовании утверждалось, что несколько человек из окружения премьер-министра Биньямина Нетаниягу — Йонатан Урих, Исраэль Эйнхорн и Эли Фельдштейн — вели работу в интересах Катара. Речь шла о том, что они участвовали в пиар-кампаниях, финансируемых эмиратом, и транслировали в израильские СМИ тезисы, выгодные Дохе.
Что именно инкриминируется подозреваемым
Суть вопроса заключается в подозрениях, что средства, связанные с Катаром, могли использоваться для продвижения его интересов в Израиле — напрямую или опосредованно — без должного раскрытия источников финансирования и характера отношений. Обсуждаются возможные контакты между представителями Катара и израильскими гражданами, включая консультантов, медиаспециалистов и бывших должностных лиц, а также влияние этих контактов на общественное мнение или политические решения.
Ключевые фигуранты зависят от конкретного эпизода и стадии проверки. В центре внимания находятся израильские граждане, подозреваемые в получении вознаграждений или услуг, связанных с иностранным государством, а также посредники и структуры, через которые могли проходить средства. Иностранные представители, как правило, не являются фигурантами израильского уголовного процесса, но их роль рассматривается в контексте источников финансирования и мотивов.
Юридический аспект
Юридическая сложность дела связана с несколькими аспектами.
- Во-первых, необходимо доказать прямую связь между полученными средствами и конкретными действиями, подпадающими под уголовно-правовые составы — например, нарушение законов о финансировании, конфликте интересов, отмывании средств или агентской деятельности в интересах иностранного государства.
- Во-вторых, значительная часть предполагаемых действий могла происходить в правовом «сером поле» — через консалтинговые контракты, PR-услуги или медиа-активность, которые сами по себе не запрещены законом.
- В-третьих, расследования осложняются трансграничным характером финансовых потоков и необходимостью международного правового сотрудничества.
Сам факт контакта с Катаром и его представителями не является уголовно наказуемым, так как эта страна официально не считается вражеским государством. При этом следователям придется доказать, что часть фигурантов дела были госслужащими, хотя де-факто они таковыми не являются. По мнению некоторых юристов, именно эта деталь важна для продолжения судебного преследования, без этого аспекта Катаргейт может остаться только политическим скандалом, но не иметь юридического продолжения.
Наконец, дело имеет выраженное общественно-политическое измерение: утечки, публикации и заявления в СМИ опережают судебные решения, что требует от правоохранительных органов особой осторожности.
Развитие дела
Расследование Катаргейта, которым занимаются правоохранительные органы и ШАБАК, было существенно расширено в конце марта 2025 года. В основе дела: подозрения в незаконных контактах израильских граждан с представителями Катара, а также в коррупционных и сопутствующих правонарушениях.
31 марта 2025 года следователи подразделения «Лахав 433» задержали Эли Фельдштейна и Йонатана Уриха по подозрению в контактах с иностранным агентом, получении и даче взяток, нарушении доверия и налоговых преступлениях.
В рамках дела якобы была выявлена группа в WhatsApp, через которую, по данным следствия, координировались контакты с катарским лоббистом Джеем Футликом. В нее, помимо Уриха и Фельдштейна, входили бизнесмены Гиль Биргер, Давид Сайг и Исраэль (Срулик) Эйнхорн. Последний находился в Сербии и отказался вернуться в Израиль, после чего летом 2025 года был допрошен в Белграде. По итогам допроса он был объявлен подозреваемым в получении и даче взяток.
Расследование осложнено отсутствием показаний ключевого фигуранта — Джея Футлика, допрос которого был заблокирован Министерством юстиции США. В августе 2025 года в Израиле был выдан ордер на его арест в случае въезда в страну.
В марте 2025 года показания по делу дал премьер-министр Биньямин Нетаниягу, заявивший, что не знал о работе своих советников в интересах Катара. В рамках дела также были допрошены высокопоставленные сотрудники канцелярии премьер-министра, представители системы безопасности, бизнесмены и журналисты.
4 января 2026 года полиция Израиля объявила о завершении расследования и передала все материалы в Государственную прокуратуру. Об этом сообщили ивритоязычные СМИ со ссылкой на официальные источники в правоохранительных органах.
Важно
- На момент публичных обсуждений не всем упоминаемым лицам предъявлены обвинения.
- Презумпция невиновности полностью сохраняется.
- Окончательные оценки возможны только после решений правоохранительных органов и суда.