Как выглядел обычный школьный день в Израиле 50–70 лет назад? Сколько тогда учились, что происходило в школах кибуцев и почему школьник мог после уроков отправиться не домой, а работать в поле?
Современная израильская школа сильно отличается от той, в которой учились родители и бабушки сегодняшних школьников. Исчезли многие привычные тогда занятия, появились компьютеры, смартфоны, цифровые платформы и даже искусственный интеллект. Но самое интересное — изменилось не только содержание уроков, но и само представление о том, зачем ребенку нужна школа.
Сначала нужно было просто построить систему
Когда было создано Государство Израиль, перед образованием стояла огромная задача. В страну прибывали десятки тысяч детей-репатриантов, а школ, учителей и учебных помещений не хватало.
В 1949 году был принят Закон об обязательном образовании. В первые годы система была рассчитана прежде всего на начальное и последующее восьмилетнее образование. В 1950-е годы около 40% детей после восьми лет учебы школу уже не продолжали. Остальные могли поступить в разные типы старших школ — академические, профессиональные или сельскохозяйственные.
Со временем ситуация изменилась. Образование становилось все более продолжительным, а 12-летняя школьная программа постепенно стала стандартом. Сегодня дети в Израиле проходят путь от начальной школы до окончания старшей школы и сдачи багрута. Но школа первых десятилетий государства была совсем другой.
В школе были не только учебники
Сегодня, когда говорят об израильской школе, обычно представляют класс, доску, тетради, уроки математики, иврита, английского и естественных наук. В первые десятилетия существования государства образование было тесно связано с идеей строительства страны.
Детям рассказывали о сельском хозяйстве, освоении земли и первых поселенцах. В учебниках человек, который обрабатывает землю, часто становились частью национального идеала. Но это была не только теория.
В 1950–60-е годы сельскохозяйственные занятия существовали даже в обычных государственных школах. Дети могли выращивать редис и лук, заниматься системой полива и учиться устанавливать оросительные устройства. Таким образом, ребенок не просто читал о сельском хозяйстве — он буквально работал с землей.
Для сегодняшнего школьника это звучит необычно. Хотя современные школы тоже могут иметь сады, теплицы и экологические проекты, сельское хозяйство уже давно не является обычной частью жизни каждого ученика.
А в кибуце школа была почти продолжением самого кибуца
Особенно интересной была система образования в кибуцах. Кибуц должен был воспитать не просто образованного человека, а полноценного члена коллективного сообщества. Поэтому школа не отделялась от повседневной жизни. Работа считалась частью образования.
Маленькие дети могли помогать поддерживать порядок, ухаживать за школьным садом или небольшим хозяйством. Старшие дети и подростки работали в сельскохозяйственных отраслях и на предприятиях кибуца. В некоторых случаях школьная ферма фактически становилась частью учебного процесса.
То есть после урока ребенок мог не идти домой делать домашнее задание, а отправиться на работу — в сад, поле, мастерскую или другое хозяйство.
Причем это не воспринималось как наказание или подработка. Идея заключалась в том, что труд воспитывает самостоятельность, ответственность и чувство принадлежности к общине.
Сколько времени дети учились?
Вот здесь история особенно интересная. В первые десятилетия существования государства стандартным считалось восемь лет общего образования. После этого часть подростков прекращала учебу, а остальные переходили в старшие школы.
Существовали сельскохозяйственные школы, профессиональные школы и академические гимназии. Сельскохозяйственные школы обычно были четырехлетними и готовили детей в том числе к работе в сельском хозяйстве.
В кибуцах ситуация могла быть еще более необычной. До создания государства большинство подростков заканчивали формальное обучение примерно к 11-му классу, а затем могли посвящать целый год работе на своем кибуце. По мере того как возрастали требования к образованию и появились экзамены на аттестат зрелости, количество рабочих часов для подростков сокращалось.
Постепенно школа становилась длиннее, а образование — важнее для будущей карьеры. К 1960–70-м годам отношение к высшему образованию в кибуцах тоже начало меняться. Если раньше обучение в университете было доступно ограниченному числу молодых людей и часто зависело от потребностей самого кибуца, позже образование стало гораздо более свободным выбором самого выпускника.
Учебный день в кибуце тоже был особенным
Кибуцная школа отличалась не только сельским хозяйством. Детей воспитывали в коллективе. В некоторых кибуцах дети жили в специальных детских домах, где вместе спали, ели, учились и проводили значительную часть дня. Такая система существовала во многих кибуцах вплоть до 1970-х годов.
Школа при этом была менее формальной, чем городская. Отношения между учителем и учеником были более близкими, а оценки и конкуренция долгое время не считались главным показателем успеха. Задача заключалась в том, чтобы развивать ребенка в соответствии с его способностями и одновременно воспитывать его как члена коллектива.
Получалась довольно необычная комбинация: утром — математика или иврит, потом работа в хозяйстве, а вечером — жизнь вместе с другими детьми и участие в жизни кибуца.
Что произошло с сельским хозяйством?
Со временем Израиль стал намного более урбанизированной и технологичной страной. Кибуцы тоже изменились. Многие из них перешли от классической коллективной модели к более частной системе жизни, а сельское хозяйство перестало быть единственной основой экономики.
Изменилась и школа. Труд постепенно перестал быть обязательной частью школьной жизни, а на первый план вышли академические знания, подготовка к экзаменам и поступлению в университет.
Но традиция полностью не исчезла. В Израиле до сих пор существуют сельскохозяйственные школы и молодежные образовательные деревни, где образование сочетается с практической работой.
Министерство образования называет молодежные деревни уникальной израильской моделью, объединяющей школу, интернат и сельскохозяйственное или морское хозяйство. Сегодня в стране насчитывается 46 таких молодежных деревень.
То есть идея «учиться не только в классе, но и на практике» никуда не исчезла — она просто стала гораздо более специализированной.
А что получил современный школьник?
Если ребенок 1950-х годов учился выращивать лук и разбираться в системе полива, современный школьник может учиться программированию, робототехнике, финансовой грамотности и работе с искусственным интеллектом.
И это довольно символично. Израильская школа когда-то должна была подготовить ребенка к жизни в молодой стране, которой нужны были фермеры, рабочие, инженеры и люди, способные буквально «возделывать землю».
Сегодня страна совсем другая. Израиль — технологическая экономика, поэтому школе приходится готовить детей к миру, в котором информация доступна за секунды, а искусственный интеллект способен выполнить часть заданий быстрее самого ученика.
В 2026 году Министерство образования делает акцент в том числе на STEM-направлениях — науке, технологиях, инженерии и математике, а также на внедрении искусственного интеллекта в образовательный процесс.
От мела к экрану
Изменился и сам урок. Раньше учитель писал мелом на доске, дети переписывали материал в тетрадь, а учебник был главным источником информации. Сегодня у ученика в кармане находится устройство, которое дает доступ практически к любой информации.
Раньше ребенок мог спросить учителя: «А где это найти?» Сегодня учитель скорее спрашивает ученика: «А как ты понял, что найденная тобой информация правильная?»
Это очень важная перемена. Школа постепенно перестает быть местом, где ребенку просто передают знания. Она должна научить его самостоятельно искать, проверять и использовать информацию.
А родители стали другими?
Еще одна большая перемена произошла в отношениях между школой, детьми и родителями. В прошлом учитель воспринимался как очевидный авторитет. Родители чаще принимали школьные правила как данность.
Сегодня родитель гораздо активнее участвует в школьной жизни ребенка. Есть родительские чаты, электронные системы, постоянная связь с учителями и администрацией.
Иногда это помогает, а иногда создает новые проблемы: учитель оказывается на связи практически постоянно, а родители могут вмешиваться в вопросы, которые раньше оставались исключительно внутри школы.
Получается парадокс: технологий стало больше, возможностей стало больше, но и количество ожиданий от школы тоже выросло.