Это спецпроект «Сегодня» про историю стран Ближнего Востока, в котором мы разбираемся, почему регион выглядит именно так, а не иначе. Почему в одних странах десятилетиями идет гражданская война, а другие сумели построить стабильные государства? Почему одни становятся союзниками, а другие — врагами? И какое прошлое привело их к нынешнему настоящему?
Это история Ближнего Востока — региона, где около 10 000 лет назад зародилась человеческая цивилизация.
Если встать на северном берегу Кувейтского залива в час, когда солнце еще не раскалило воздух до 40 градусов, и вглядеться в горизонт — море покажется совершенно пустым. Никаких признаков богатства, никаких небоскребов. Только вода, песок и слепящий свет. Именно таким видели это место первые люди, которые пришли сюда 4000 лет назад.
Цивилизация на краю пустыни
Цивилизация на территории нынешнего Кувейта зародилась задолго до того, как здесь появились арабы, турки или британцы. Остров Файлака, лежащий в нескольких километрах от столицы, хранит следы культуры Дильмун — загадочной цивилизации бронзового века, которая контролировала торговлю между Месопотамией и долиной Инда. Купцы из Ура знали этот остров. Шумерские тексты упоминают его как перевалочный пункт на пути к «стране живых».
Позже, в III веке до нашей эры, здесь появились греки. Александр Македонский, завоевав Персию и двинувшись к краям ойкумены, отправил в этот залив разведывательные корабли. Его флотоводец Неарх прошел мимо этих берегов, и впоследствии на Файлаке возникло небольшое эллинистическое поселение. Остров называли Икар — в честь другого острова, в Эгейском море. Местные жители поклонялись Артемиде, строили маленькие храмы и торговали с Вавилоном.
Затем пришли парфяне, потом Сасаниды. В VII веке нашей эры через эти земли прокатилась волна исламского завоевания, и территория будущего Кувейта вошла в состав Арабского халифата. Средневековые географы — аль-Идриси, Ибн Баттута — упоминали здешние гавани как удобные стоянки для судов, идущих из Басры в Индию и обратно. Но никакого государственного образования на этой территории не было: просто песок и море.
Немного географии
Площадь Кувейта — около 17 800 кв. км. Страна граничит с Ираком на севере и с Саудовской Аравией на юге. С востока ее омывает Персидский залив. Большую часть территории занимают пустыни и засушливые равнины. Осадков выпадает менее 175 мм в год. Летом температура достигает +47 °C.
По состоянию на 2024–2025 годы население — 4,3–4,8 млн человек, из которых лишь 1,45 млн являются гражданами страны. Остальные — иностранные рабочие из более чем ста стран мира.
Кочевники, которые основали Кувейт
В начале XVIII века в этих местах произошло нечто, что впоследствии изменит всю историю региона, — хотя тогда никто об этом, разумеется, не подозревал. Несколько кланов бедуинского племени Аназа, кочевавших по аравийским пустыням, двинулись к берегам Персидского залива. Арабские историки объясняют это переселение засухой, вынудившей племена искать новые пастбища. Сами кочевники называли себя Бану Утуб.
Они нашли то, что искали: небольшую естественную гавань на северном краю залива, удобную для стоянки судов и торговли. Здесь уже стояли несколько строений, выстроенных еще в 1613 году, — небольшая крепость под названием «кут» (отсюда, по одной из версий, и происходит слово «Кувейт», то есть «маленькая крепость»).
Переселенцы никого не завоевывали, а просто договорились — друг с другом и с местными жителями. Разные кланы разделили между собой функции — одни занялись торговлей, другие рыбной ловлей, третьи взяли на себя управление общиной. Семья ас-Сабах, отличавшаяся дипломатическим талантом и умением находить компромисс, взяла в свои руки политическую власть. В 1762 году Сабах I был признан первым эмиром — так родилась династия, которая правит Кувейтом по сей день.
Эль-Кувейт рос стремительно. Благодаря выгодному расположению — на пересечении торговых путей из Месопотамии, Персии и Индии — город превратился в крупный порт. Местные купцы торговали жемчугом, добытым в водах залива, лошадьми, специями и кофе. Торговые маршруты связывали Эль-Кувейт с Алеппо, Багдадом и другими городами Османской империи. К середине XVIII века здесь уже жили тысячи людей, строились дхоу — традиционные арабские суда, — а местные мореходы считались одними из лучших в регионе.
Формально эмират находился в орбите Османской империи. Но «формально» — ключевое слово. Шейхи ас-Сабах умело лавировали между Стамбулом, Багдадом и Басрой, принимая у себя беглецов от турецких наместников, отказывая в размещении османских чиновников и при этом никогда не доводя дело до открытого конфликта. Кувейт был слишком мал, чтобы бросать вызов империи, и слишком умен, чтобы ей полностью подчиняться.
Мубарак Великий и британский щит
К концу XIX века Кувейт оказался на перекрестке интересов нескольких великих держав. Османская империя, переживавшая болезненное угасание, пыталась сохранить контроль над арабскими провинциями. Россия тянулась к теплым морям. Германия строила амбициозные планы, в которых Багдадская железная дорога должна была дойти до Персидского залива — и Эль-Кувейт был намечен ее конечной точкой. Британия, озабоченная защитой пути в Индию, следила за всем этим с нарастающей тревогой.
В мае 1896 года в Кувейте произошел государственный переворот. Шейх Мухаммед ибн Сабах был убит собственным братом Мубараком. История не оставила нам точных мотивов — говорили о недовольстве проосманским курсом предшественника, о личных амбициях, о клановых интригах. Как бы то ни было, новый правитель, вошедший в историю как Мубарак Великий, оказался человеком исключительной политической воли.
Мубарак понимал, что маленькому эмирату нужна защита крупной державы. Турция была слаба и непредсказуема, в то время как Британия, наоборот, сильна и заинтересована. 23 января 1899 года стороны подписали тайное соглашение, согласно которому контроль над внешней политикой и безопасностью Кувейта переходил к Великобритании, которая обязалась поддерживать правящую семью. Договор был засекречен — формально Кувейт все еще оставался частью Османской империи.
Британцы разместили военно-морскую базу, оградив эмират от турецких притязаний. В 1914 году, с началом Первой мировой войны, Кувейт официально получил статус «независимого княжества под британским протекторатом». После разгрома Османской империи этот статус получил международное признание. Мубарак умер в 1915 году, оставив после себя государство, которое пережило и Османскую империю, и саму Британскую.
Первое богатство Кувейта — жемчуг
До открытия нефти главным богатством Кувейта был жемчуг. Тысячи ныряльщиков каждое лето уходили в залив, добывая раковины на глубине до 20 метров — без кислородных баллонов, голыми руками. Жемчужная торговля составляла основу экономики региона на протяжении столетий.
Но в 1920-х годах японец Микимото Кокити наладил промышленное производство искусственного жемчуга, и рынок рухнул мгновенно. Кувейт оказался одним из беднейших государств мира. Именно эта катастрофа сделала страну особенно зависимой от британской короны — и особенно уязвимой перед любыми внешними потрясениями.
Появление нефти
Когда в феврале 1938 года геологи бурильной компании Kuwait Oil Company — совместного предприятия British Petroleum и Gulf Oil — достигли нефтеносного пласта на месторождении Бурган, никто еще не понимал масштабов находки. Месторождение Бурган окажется крупнейшим из когда-либо открытых в мире — его запасы оцениваются приблизительно в 66–75 миллиардов баррелей.
Война прервала разработки. Нефть начали экспортировать только в 1946 году — и с этого момента история Кувейта разделилась на «до» и «после». Доходы потекли рекой. Правящий шейх Абдалла ас-Салем аль-Мубарак ас-Сабах, по характеру аскет и реформатор, направил нефтяные деньги на создание государства благосостояния — по образцу скандинавских стран, только в условиях аравийской пустыни.
За несколько десятилетий Кувейт превратился из одного из беднейших государств региона в одно из богатейших в мире. Строились школы и больницы, прокладывались дороги, опреснительные заводы решили проблему питьевой воды, жилищные субсидии обеспечили граждан квартирами. Система образования стала бесплатной от детского сада до университета. Медицина — полностью государственной. Налогов для граждан не существовало вовсе.
В 1960 году Кувейт стал одним из основателей ОПЕК — организации, которая впоследствии перевернет мировую энергетику. Нефтяные деньги дали стране не только богатство, но и политический голос, несопоставимый с ее крошечными размерами.
Кувейт в цифрах
- 6-е место в мире по запасам нефти
- Около 90% экспортных доходов приходится на нефть
- $527 млрд в суверенных фондах — это запас денег, который приносит прибыль и защищает экономику Кувейта от падения цен на нефть
- Кувейтский динар — самая дорогая валюта в мире
Как Ирак пытался сделать Кувейт своим округом
19 июня 1961 года британский политический резидент Уильям Люк и эмир Абдалла ас-Салем аль-Мубарак ас-Сабах обменялись нотами, аннулировавшими договор 1899 года. Кувейт стал независимым государством. Торжества еще не успели закончиться, когда из Багдада прозвучали заявления, разрушившие праздничное настроение.
25 июня 1961 года — через шесть дней после провозглашения независимости — премьер-министр Ирака Абдель Карим Касем заявил, что Кувейт является «неотъемлемой частью Ирака», а его правитель должен быть назначен префектом округа Басра. Касем ссылался на то, что в османские времена территория Кувейта входила в вилайет Басра. Мол если когда-то это было единым административным пространством, значит, так должно быть и теперь.
Кувейт в панике обратился к Британии — и на этот раз бывший патрон отреагировал немедленно. Британские войска высадились в эмирате. Угроза прямого вторжения миновала. Позже британцев сменили войска Лиги арабских государств. Ирак Касема признал суверенитет Кувейта, но территориальные претензии никуда не исчезли. Они лишь затаились, чтобы вернуться через 30 лет с куда большей силой.
В конце 1961 года Кувейт принял конституцию — одну из самых либеральных на Аравийском полуострове. В январе 1963 года прошли первые парламентские выборы, было созвано Национальное собрание. Кувейтская политическая система сочетала наследственную монархию с парламентаризмом — конструкция хрупкая, порой приводившая к острым противоречиям между эмиром и депутатами, но все же существующая по сей день.
Государство-рантье: жизнь за счет недр
В 1970–80-е годы Кувейт жил в условиях, которые его жители впоследствии вспоминали как золотой век. Нефтяные доходы позволяли финансировать практически любые прихоти государства. Кувейтцы — граждане страны, не путать с многочисленными иностранными рабочими — составляли своеобразный привилегированный класс. Государство обеспечивало им работу, жилье, образование и медицину. Система была щедрой и, по меркам региона, исключительной.
Нефтяной бум породил специфическую модель — государство-рантье, где власть покупает лояльность граждан через распределение ресурсных доходов. Граждане платили минимальные налоги (а чаще никаких), получали субсидии и гарантированные места в государственном секторе. Иностранные рабочие делали все остальное. К 1980-м годам соотношение граждан и неграждан стало примерно таким, каким остается и сейчас: треть на две трети.
В 1982 году разразился кризис неформального фондового рынка — кувейтской «теневой» биржи. Пузырь спекулятивных активов лопнул, оставив тысячи инвесторов разоренными. Правительство было вынуждено вмешаться и выплатить компенсации на миллиарды динаров. Затем, в середине десятилетия, рухнули мировые цены на нефть, и эйфория золотого века начала рассеиваться.
Внешняя политика тоже давала трещины. В 1980 году Ирак начал войну против Ирана. Кувейт, опасаясь экспорта исламской революции Хомейни и ее влияния на местных шиитов, выбрал сторону Саддама Хусейна. Эмират давал Ираку деньги, предоставлял свои порты, помогал обходить санкции.
Провинция Ас-Саддамия
А потом в ночь со 1 на 2 августа 1990 года иракские войска пересекли кувейтскую границу. Операция была проведена молниеносно. Уже через несколько часов танки Т-72 стояли у стен эмирского дворца Дасман. Кувейтская армия насчитывала немногим более 16 000 человек — против примерно 100 000 иракских солдат. Сопротивление продолжалось двое суток. Эмир Джабер ас-Ахмад ас-Сабах бежал в Саудовскую Аравию на вертолете.
Саддам Хусейн выдвинул несколько обвинений: Кувейт, мол, воровал иракскую нефть из приграничного месторождения Румейла с помощью наклонного бурения; Кувейт намеренно обваливал цены на нефть, наводняя рынок; наконец, он якобы не вернул военные долги. На самом же деле, Ирак после восьмилетней войны с Ираном был попросту истощен, в том числе экономически, и его диктатор видел в богатом соседе решение всех проблем.
8 августа 1990 года Ирак официально аннексировал Кувейт, объявив его своей 19-й провинцией под названием Ас-Саддамия. Кувейтцы оказались под оккупацией. Те, кто не успел уехать, прятались от мародеров и иракских солдат. Международное сообщество потребовало немедленного вывода войск, однако Саддам никак на это не реагировал.
Семь месяцев оккупации
За время иракской оккупации в Кувейте было уничтожено или разграблено имущество на десятки миллиардов долларов. Иракские войска вывозили все — от музейных экспонатов до больничного оборудования. Погибли сотни кувейтцев. Сотни других были взяты в заложники и отправлены в Ирак.
Перед отступлением иракская армия подожгла 732 нефтяные скважины. Пожары горели несколько месяцев, затянув небо над Персидским заливом черным дымом, видимым даже из космоса. Тушение обошлось в миллиарды долларов и заняло почти год.
17 января 1991 года началась операция «Буря в пустыне». Международная коалиция из 34 государств под командованием США нанесла авиационные удары по иракским позициям. 24 февраля 1991 года стартовала наземная операция — одна из самых стремительных в современной военной истории. Спустя всего сто часов боевых действий иракские войска были разгромлены. 26 февраля 1991 года Кувейт был освобожден. Эта дата стала национальным праздником — Днем освобождения.
Возрождение Кувейта
Страна, которую увидели вернувшиеся кувейтцы, была изуродована. Нефтяные пожары превратили все в пепел. Инфраструктура была разрушена. Казна опустела — правительство в изгнании потратило огромные средства на финансирование международной коалиции, освободившей Кувейт. Психологический шок оказался не менее глубоким, чем материальный ущерб. Маленькое государство поняло, что богатство само по себе не гарантирует безопасности.
Впрочем восстановление шло достаточно быстро — нефтяные деньги и международная помощь сделали свое дело. К середине 1990-х годов экономика вернулась к довоенным показателям. Но кое-что изменилось навсегда. Кувейт стал одним из главных региональных союзников США, разместив на своей территории американские военные базы. Зависимость от внешних гарантий безопасности из дипломатического выбора превратилась в стратегическую необходимость.
В поисках жизни после нефти
В 2017 году правительство Кувейта представило программу «Новый Кувейт — Видение 2035». Ее задача — сократить зависимость страны от нефти и превратить ее в крупный финансовый и торговый центр региона, с экономикой, опирающейся на разные источники дохода. Планируется развитие туризма, технологий, финансового сектора и логистики. Нефтяной сектор при этом никуда не исчезает. Бюджет на 2025–2026 финансовый год предусматривал инвестиции около 97 миллиардов долларов в нефтегазовую инфраструктуру.
Кувейт хочет одновременно максимально монетизировать свои нефтяные ресурсы (пока это еще возможно в эпоху энергетического перехода) и создать экономическую базу, которая переживет нефть. Суверенные фонды страны — Фонд будущих поколений и Кувейтская инвестиционная администрация — накопили активы, которые оцениваются в 527 миллиардов долларов. По этому показателю Кувейт входит в топ-10 суверенных фондов мира.
Архитектура, музыка и кино
Правящая семья ас-Сабах с первых лет нефтяного бума сделала ставку на архитектуру как инструмент государственного строительства. Здания должны были показывать, что Кувейт — не какой-то провинциальный эмират, а страна, претендующая на важное место в мире.
Самый знаменитый результат этой политики — Национальное собрание Маджлис аль-Умма, спроектированное датчанином Йорном Утзоном, автором Сиднейской оперы. Архитектор почти три года работал над проектом, вдохновляясь исфаханским базаром, который увидел в 1959 году. Над открытой площадью у моря нависает огромный бетонный навес, отлитый так, чтобы казаться тканью на ветру, — отсылка к бедуинскому шатру. Здание было завершено в 1982 году, подожжено иракскими войсками в 1991-м, но затем восстановлено — оно стоит по сей день.
Второй символ страны — Башни Кувейта, три шарообразные конструкции на набережной, спроектированные шведом Суне Линдстремом. Главная башня высотой 187 метров содержит вращающуюся смотровую площадку; вторая — резервуар для воды; третья просто освещает соседей по ночам. Вместе они выглядят одновременно футуристически и по-детски наивно — что и делает их незабываемыми.
Музыкальная душа Кувейта — фиджери, жанр, возникший среди жемчужных ныряльщиков. Слово происходит от арабского «рассвет»: песни пели на заре, перед погружением. В мелодике слышны индийские, восточноафриканские и персидские влияния — отголосок основных маршрутов, по которым шла торговля жемчугом. ЮНЕСКО внесло фиджери в список нематериального культурного наследия. Помимо него, традиционная музыка включает саут — камерный жанр с лютней-удом и барабаном мирвас, ставший основой коммерческой поп-музыки всего Залива.
Кувейт по праву называют «музыкальной столицей Залива». Здесь больше всего звукозаписывающих студий в регионе. Здесь родились исполнители, чьи голоса знает весь арабский мир. Национальный совет по культуре, искусству и литературе ежегодно проводит международный музыкальный фестиваль, куда приезжают джазовые музыканты со всего мира.
А еще страну называют «Голливудом Залива». Кувейтские телесериалы, комедийные шоу и мыльные оперы смотрят от Марокко до Омана. Кувейтский телевизионный контент — это индустрия, которая работает так же, как Болливуд для Южной Азии.
Диванийя и соколиная охота
В Кувейте существует как минимум один феномен, который не найдешь ни в одном другом арабском обществе в таком виде, — диванийя. Это специальная комната или отдельный павильон при доме, куда мужчины из семьи приглашают гостей для неформальных бесед, деловых переговоров, политических дискуссий. Диванийя — это одновременно гостиная, клуб, парламент в миниатюре и место, где решаются дела. Ее нет в официальных путеводителях, но именно здесь, за чашкой горького кофе с кардамоном, в Кувейте принимаются многие важные решения.
Соколиная охота — еще один культурный код. Это не просто спорт и не просто традиция, но целая философия терпения, точности и особых отношений между человеком и птицей, которую он растил с ее «младенчества». Ежегодно в Кувейте проводятся турниры соколятников, на которые съезжаются участники со всего Залива. Сокол — национальный символ страны; изображение сапсана даже украшает государственный герб.
Проблема бидунов и турбулентный Ближний Восток
Главные вызовы остаются структурными. Две трети населения — иностранцы, лишенные пути к гражданству. Проблема так называемых бидунов — людей без гражданства, чьи предки жили на этой земле поколениями, но так и не получили документов, — остается нерешенной. Кувейт, по данным правозащитных организаций, имеет крупнейшее в регионе сообщество лиц без гражданства. И по сути это политическая бомба замедленного действия.
Регион вокруг Кувейта остается турбулентным. Иран и Саудовская Аравия конкурируют за сферы влияния. Ирак, формально признавший кувейтскую независимость, все еще не до конца урегулировал территориальные вопросы. Йеменский конфликт и региональная нестабильность напоминают, что Ближний Восток — не место для самоуспокоения. Кувейт традиционно пытается выступать посредником. Например, в 2017 году именно он безуспешно пытался урегулировать кризис вокруг блокады Катара странами Залива.
И все же этот маленький эмират, зажатый между двумя крупными соседями, между пустыней и морем, между традицией и современностью, продолжает существовать — и продолжает удивлять. Его история — это история о том, что размер не всегда определяет судьбу. Что удачное расположение, политический прагматизм и немного везения могут превратить скромный рыбацкий порт в государство, валюта которого стоит дороже любой другой в мире.
Другие серии проекта:
«История Ливана: от Финикии до Хизбаллы»
«История Саудовской Аравии: как королевство шариата стало союзником Америки»
«История Ирака — родины Авраама и Саддама»
