Военный суд приговорил военнослужащего ЦАХАЛ к пяти годам тюремного заключения за контакты с агентами иностранной разведки и раскрытие им чувствительной информации. Об этом пишет The Jerusalem Post, добавляя, что осужденный поддерживал связь с кураторами, связанными с Ирана, на протяжении 2025 года — в том числе в ходе и сразу после операции «Народ как лев».
Что известно о деле
Как утверждается в обвинительном заключении, поданном в адрес солдата ЦАХАЛ, подобно подавляющему большинству других обвиняемых по этой статье, военнослужащий получил предложение о работе на вражескую разведку через мессенджер Telegram. Ему была предложена денежная компенсация в обмен на сотрудничество, включавшее, в числе прочего, передачу кураторам сведений о результатах попаданий и перехватов иранских ракет израильской противовоздушной обороной в ходе 12-дневной войны между Израилем и Ираном, также известной как операция «Народ как лев».
Расследование выяснило, что солдат действительно делился с разведкой недружественного государства кадрами работы ПВО. Два перехвата он запечатлел на фото и видео самостоятельно, еще несколько свидетельств нашел в интернете — и отправил по запросу.
Поначалу обвиняемый, насколько можно судить, отрицал факт сотрудничества с иностранной разведкой, но после предъявления неопровержимых доказательств сознался в содеянном. Он был арестован и отдан под суд, который на этой неделе объявил о вынесении приговора.
Что решил военный суд
Суд принял доводы стороны обвинения, сочтя вину солдата доказанной. В итоге военнослужащий ЦАХАЛ вынужден будет провести пять лет в тюрьме. Кроме того, ему предписано заплатить штраф в размере 1000 шекелей. Армия понизит его звание до рядового.
Относительно мягкий приговор объясняется двумя соображениями:
- Это первое нарушение закона: солдат ранее не был замечен в какой-либо противоправной деятельности;
- Хотя сотрудничество с вражеской разведкой само по себе достойно порицания, следствие не нашло доказательств того, что обвиняемый делился с иранскими кураторами секретной информацией, полученной им в ходе службы. Все данные, которые он раскрывал собеседникам в Telegram, были взяты в открытом доступе — о разглашении конфиденциальных сведений, представляющих строгую военную тайну, речь в данном случае не идет.