«Евровидение-2026» подходит к старту в атмосфере, которая все меньше напоминает обычный музыкальный праздник. Скандалы, бойкоты, обвинения в политическом влиянии — все это сопровождает конкурс уже не первый год, но сейчас напряжение достигло, пожалуй, пика.

Директор шоу Мартин Грин в интервью программе Nieuwsuur дал понять: правила менять не будут, но контроль станет жестче.

Бойкоты и отсутствие консенсуса

После прошлогоднего конкурса и на фоне войны в секторе Газа ряд европейских вещателей потребовали исключить Израиль. Кампания не увенчалась успехом, но привела к бойкоту со стороны Испания, Ирландия, Словения и Нидерланды — позже к ним присоединилась и Исландия.

Исландия будет транслировать конкурс на вторичном канале, а в Нидерландах показ перенесли на сети NOS/NTR. В Испании, Ирландии и Словении конкурс вообще не покажут — при этом в Словении заявили, что в эфире в это время будут идти пропалестинские программы.

При этом Грин подчеркивает, что ведет переговоры о возвращении стран, отказавшихся от участия, в том числе с Нидерландами: «Нам не хватает этих стран, и мы хотим их вернуть. Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы это произошло». 

Что касается участия Израиля, Грин отмечает, что внутри Европейского вещательного союза (EBU) по-прежнему нет единого мнения: «Наши члены проголосовали подавляющим большинством за сохранение статус-кво [за неотстранение Израиля]. Это доказывает, что консенсуса по этому вопросу нет». 

Голосование под подозрением

Отдельная линия — доверие к результатам. После прошлогоднего финала, где победителем стала Австрия, а зрительское голосование выиграла представительница Израиля Юваль Рафаэль, в Европе заговорили о возможной координированной кампании поддержки.

«Несмотря на то что у нас есть жюри, чтобы уравновешивать голосование, подобную активность мы абсолютно не будем терпеть. Думаю, в последние годы мы, возможно, были недостаточно строгими», — заявил Грин. 

«Это грустно» — о страхах Ноама Беттана

В центре истории — не только политики и вещатели, но и сами участники. Израильский представитель Ноам Беттан признался, что участие в песенном конкурсе для него ощущается как «вход в логово львов».

«Это грустно, не так ли?» — сказал Грин, а затем добавил: «Есть разница между народами и действиями их правительств».

Где проходит граница?

Директор «Евровидения» признает, что для многих зрителей ситуация выглядит иначе.

«Я понимаю, конечно понимаю, и полностью уважаю эту точку зрения», — говорит он о критике на фоне войны в секторе Газа, но сразу проводит линию: «Мы можем осуждать действия правительств, если считаем их неправильными, но есть разница, когда речь идет об артистах».

При этом идею автоматически исключать страны, находящиеся в состоянии войны, он отвергает: «Любое предложение, которое приведет к исключению или наказанию Украины, для нас неприемлемо».

Он также отметил, что в отношении России существует почти глобальный консенсус — в отличие от ситуации с Израилем. По его словам, EBU остается демократической организацией вещателей: российские участники отстранены от союза, тогда как израильский вещатель «Кан» сохраняет членство.

Попытка вернуть изначальный смысл конкурса

Грин подчеркивает, что несмотря на разногласия, конкурс сохраняет свою основную миссию: «В конечном счете мы здесь, чтобы приносить немного радости и света. Есть 35 артистов из разных стран, которые встречаются друг с другом на одной сцене».

Первые репетиции уже начались в Wiener Stadthalle.

«Атмосфера замечательная. Давайте придерживаться ценностей этого фестиваля — места, где мы объединяем людей и показываем, что мир может быть лучше. Те, кто пытается нас разделить, ошибаются», — сказал Грин.

Полуфиналы «Евровидения-2026» пройдут 12 и 14 мая, а гранд-финал состоится в субботу, 16 мая. Участник от Израиля Ноам Беттан с песней «Michelle» выступит в первым полуфинале под 10 номером.