Пятница, 5 ияра 5708 года, 14 мая 1948-го. Церемония назначена на 16:00: раньше не успевали до конца британского мандата, позже начиналась суббота. Приглашения развезли посыльные тем же утром, с просьбой прийти к половине четвертого и никому не говорить, боялись, что британцы помешают.
Готовый текст привезли в музей в 15:59. Курьер забыл заказать машину, поймал попутку, по дороге его остановили за превышение скорости, и он объяснил полицейскому, что тот задерживает провозглашение государства.
В зале Тель-Авивского музея на Ротшильд, 16 собралось около 250 человек. На стене портрет Герцля и два флага. Бен-Гурион стукнул молотком, зал совершенно спонтанно запел «Ха-Тикву». После этого он шестнадцать минут зачитывал вслух текст Декларации Независимости, так хорошо знакомый всем нам. Сам свиток к тому моменту еще не дописали, художник закончил его только в июне, поэтому подписи ставили на чистом пергаменте.
Давид Бен-Гурион, Плоньск. Глава ишува, первый премьер-министр. Расписался первым.
Моше Шарет (Шерток), Херсон. Первый министр иностранных дел, потом премьер-министр.
Ицхак Бен-Цви, Полтава. Второй президент страны.
Голда Меир, Киев. Посол в Москве, министр труда, министр иностранных дел, премьер-министр.
Рахель Коэн-Каган, Одесса. Одна из двух женщин среди подписавших, депутат первого Кнессета.
Элиэзер Каплан, Минск. Первый министр финансов, написал первый бюджет страны.
Аарон Цизлинг, деревня под Минском. Первый министр сельского хозяйства.
Давид Ремез, Копысь. Министр транспорта, потом просвещения. Придумал для иврита слова, которыми мы пользуемся до сих пор.
Хаим-Моше Шапира, Гродно. В 1938-м вывозил евреев из Австрии. Потом годами министр внутренних дел.
Элияху Берлин, Могилев. Самый старший, 82 года. Один из основателей Тель-Авива.
Меир Вильнер, Вильна. Самый младший, 29 лет, коммунист. Просидел в Кнессете до 1990 года.
Элияху Добкин, Бобруйск. Возглавлял отдел алии Еврейского агентства, во время войны занимался нелегальной переправкой евреев из Европы. Один из основателей Музея Израиля.
Авраам Кацнельсон, Бобруйск. Врач. В Первую мировую служил в русской армии, потом ушел на дипломатическую работу: ООН, посольство в Швеции.
Моше Коль (Колодный), Пинск. Молодежный отдел Еврейского агентства, потом министр туризма и министр развития.
Зерах Вархафтиг, Волковыск. Юрист. В 1940-м в Каунасе уговорил японского консула Сугихару выдать транзитные визы беженцам. Позже написал Закон о возвращении.
Берл Репетур, Ружин. Профсоюзник, член исполкома Гистадрута. Британцы держали его в лагере в Рафиахе.
Иехуда-Лейб Маймон (Фишман), Бессарабия. Раввин, лидер религиозного сионизма. Первый министр по делам религий. Он прочитал «Шехехеяну» в конце церемонии.
Авраам Гранот (Грановский), Бессарабия. Экономист, много лет возглавлял Еврейский национальный фонд.
Меир Аргов (Грабовский), Рыбница. Учился в Киевском университете. Депутат Кнессета от Мапай.
Герцль Розенблюм, Каунас. Журналист-ревизионист. Бен-Гурион попросил его расписаться ивритской фамилией, и он подписался как Варди. Потом 37 лет редактировал «Едиот ахронот».
Зеев Голд, Щучин. Раввин в восьмом поколении. Служил в общинах США, потом переехал сюда. Один из лидеров «Мизрахи».
Ицхак Гринбойм, Варшава. Депутат польского сейма между войнами. Первый министр внутренних дел, организовал первые выборы в Кнессет.
Нахум Нир-Рафалькес, Варшава. Адвокат, лидер левого «Поалей Цион». Позже спикер Кнессета.
Ицхак-Меир Левин, Гура-Кальвария. Лидер «Агудат Исраэль». Единственный, кого в день церемонии не было в стране: он был в США. Министр социального обеспечения.
Мордехай Бентов, Гродзиск. Лидер «Ха-шомер ха-цаир». Министр труда во временном правительстве, потом министр строительства.
Цви Лурия, Лодзь. Секретарь всемирного «Ха-шомер ха-цаир». Помогал создавать «Коль Исраэль», радио, которое передало Декларацию в эфир.
Даниэль Остер, Книгинин (Галиция, Австро-Венгрия). Адвокат, первый мэр Иерусалима из евреев. Бился против плана ООН интернационализировать город.
Кальман Кахана, Броды (Галиция). Раввин и доктор философии. Один из основателей кибуца Хафец-Хаим, замминистра просвещения.
Мордехай Шатнер, Снятын (Галиция). Кибуцник из Эйн-Харода. До войны ездил в Европу вытаскивать евреев, там имел дело с Эйхманом. Британцы держали его в Атлите и Латруне.
Бен-Цион Штернберг, Черновцы (Буковина). Ревизионист. В 1920-м первым обратился к румынским чиновникам на иврите.
Пинхас Розен (Феликс Розенблют), Берлин. Первый министр юстиции, собирал судебную систему страны.
Перец Бернштейн, Мейнинген. В Голландии редактировал сионистский еженедельник, приехал сюда в 1936-м. Первый министр торговли и промышленности.
Давид-Цви Пинкас, Шопрон (Венгрия). Директор банка «Мизрахи», глава отдела образования Тель-Авива, потом министр транспорта.
Меир-Давид Левинштейн, Копенгаген. Раввин от «Агудат Исраэль». Подписал, а позже ругал текст: в нем нет ни праотца Авраама, ни Виленского Гаона.
Саадия Кубаши, Йемен. Приписал к подписи «ха-Леви», по колену Леви.
Бехор-Шалом Шитрит, Тверия. Единственный, кто родился здесь. При британцах командовал полицией Нижней Галилеи, потом семнадцать лет был министром полиции.
Цви Сегаль. Промышленник, вице-президент ревизионистского движения. Британцы высылали его в Эритрею. Место рождения в источниках не указано.
Двадцать шесть из тридцати семи родились подданными Российской империи. Девять там, где сегодня Беларусь, пятеро в нынешней Украине, семеро на польских землях, трое в Бессарабии, двое в Литве. Польша и Литва тогда тоже были частью империи, поэтому Бен-Гурион из Плоньска и Розенблюм из Каунаса в том же списке, что Каплан из Минска.
Был ли их родной язык русским? Не совсем. Дома говорили на идише, между собой все чаще на иврите. Но русский был языком знаний. Элияху Берлин окончил юрфак Московского университета. Элиэзер Каплан выучился в Москве на инженера. Авраам Кацнельсон учился в Петербурге и Москве, стал врачом и в Первую мировую служил в русской армии. Голда Меир родилась в Киеве, но когда ей было 8 лет, семья бежала от погромов в Америку, поэтому русским языком практически не владела (что не помешало ей потом стать первым послом государства Израиль в СССР).
Все 37 расписались под одним текстом. Если взять в расчет количество разногласий между всеми подписавшими, это настоящее чудо.
Споры продолжались почти до самого подписания. 12 мая, за двое суток до церемонии. Вашингтон требует отложить провозглашение на три месяца. Заседание идет с двух дня до глубокой ночи. Голосуют шесть против четырех. За: Бен-Гурион, Шарет, Бернштейн, Шапира, Бентов, Цизлинг. Против: Каплан, Ремез, Розен, Шитрит.
Границы. В черновике стояло, что их определяет план ООН. Розен и Шитрит просили оставить, Бен-Гурион и Цизлинг требовали убрать: план мы приняли, арабы нет, зачем связывать себе руки. Вычеркнули пятью голосами против четырех.
Бог. Раввины Шапира и Маймон настаивали на прямом упоминании. Цизлинг из светского Мапам был против наотрез. Сошлись на «Твердыне Израиля» (Цур Исраэль), каждый читает по-своему. Бен-Гурион попросил не ставить фразу на голосование, так и приняли.
Название. Перебрали «Иудею», «Сион», «Иврию», «Герцлию». Иудею и Сион отбросили: Иерусалим по плану раздела оставался вне государства. «Израиль» прошел шестью голосами против трех.
Язык. Меир Аргов, уроженец Бессарабии, потребовал вписать упоминание лагерей перемещенных лиц в Европе и свободу языка. Бен-Гурион согласился на второе, оговорив, что главный язык - иврит. Человек, который сам приехал, думал о тех, кто еще не приехал.
* * *
14 мая те же люди проголосовали за текст единогласно. Цизлинг подписал документ с упоминанием Всевышнего. Розен подписал текст без границ, за которые бился. Каплан, двое суток назад голосовавший против самого провозглашения, расписался и пошел писать бюджет несуществующей страны.
Подпись не означала «я со всем согласен». Она означала «я в деле».
На прошлой неделе Беннет сказал, что в следующем правительстве проведет Декларацию как основной закон, вводную главу конституции. Сказал, что говорит это впервые. И сразу обозначил рамку: Израиль - национальное государство еврейского народа, гражданские права равны для всех, евреев и неевреев.
По сути это предложение расписаться еще раз. Не в зале музея на Ротшильд, а всей страной.
37 человек когда-то подписали текст, в котором каждого что-то не устраивало. Подписали, потому что понимали: сила страны начинается там, где разные люди готовы принадлежать к чему-то одному.
27 октября - наша очередь решить будущее нашей страны таким, как мы хотим его видеть - еврейским, демократическим, навсегда.